СССР 2010. Энергеты всех стран объединяйтесь!

Как говорится, и хочется, и колется, но рано или поздно любопытство и желание создать что-то новое возьмёт верх. В этом я был уверен.

Пока же я вернулся к учёбе. Не то чтобы меня прямо тянуло, но стоило исправить оценки, какие ещё было можно. Плевать на аттестат, я дал слово самому себе и маме, что сделаю это. К тому же в школе у меня было ещё одно дело, после уроков я собирался встретиться с Хомяком и узнать, что тот решил. Да, может, стоило подождать подольше, дать ему проникнуться, но я не мог дальше бездействовать, а без компьютера не было возможности начать работать.

Но, чтобы купить самый простенький комп, требовались деньги. И тут я попадал в замкнутый круг, ведь без криминала достать нужную сумму у меня не получалось. Быстро как минимум. Зато Хомяк был на хорошем счету у учителя информатики и имел доступ к компьютерному классу, где даже имелся выход в интернет. Ограниченный, но тем не менее. Осталось только убедить Хомяка, что мы должны работать вместе, и здесь было не грех даже немножко надавить. Без фанатизма, но достаточно жёстко, чтобы проникся.

Однако этого не потребовалось. Едва прозвенел очередной звонок, и я вышел из класса, как сам Михаил возник передо мной, пытаясь отдышаться. Уж не знаю, может, за ним гнались, но я никого не увидел, однако, ухватив парня за локоть, шустро отволок его в закуток под лестницей. Там тусовались какие-то малолетки, но я их шуганул и, дав Хомяку немного прийти в себя, хотел начать разговор, но тот сумел меня удивить.

— Ты сказал, что сможешь сделать так, чтобы Зёма ко мне не лез, — голос пацана почти сорвался на визг. — А теперь меня ловят уголовники и говорят, что я им должен! Это так ты помог, да?

— Во-первых, не ори, — я демонстративно прочистил ухо. — А во-вторых, давай подробнее, с кем ты говорил, когда, что сказали.

— В-вчера, после школы. Он меня во дворе поймал. — Хомяк обильно потел и заикался. — Какой-то Гриша Утюг. Сказал, что Зёма под ним ходит и теперь я на него работаю.

И что, мол, я должен делать то, что он скажет, или м-меня на перо посадят. И-или опустят.

— Это невысокий такой, морда у него ещё мерзкая, — припомнил я корешей Калёного. — Понятно. Чего ещё говорил?

— Что я денег должен, — совсем раскис Миха. — Много. Триста рублей. А у меня н-нету…

— И не надо, — успокоил его я. — Забивать на это, конечно, не стоит, быть начеку не помешает, но дальше с проблемой я сам разберусь. Задача мне ясна, что делать тоже.