Адепт Бога Тьмы. Том 3

Кот состоял из Основы — связанных между собой Тьмой и Хаосом — и вплетённых в эту Основу нитей поглощённой магии.

Кислотные течения Стража, яд Гаргары… но я обнаружил не только ту магию, что он поглотил, будучи яйцом.

Помимо прочего, я наткнулся на следы магии человека, с которым сражался во время гномопокалипсиса, впервые использовав покров Кота.

И убитые демоноиды тоже оставили свои отпечатки на Основе.

— Кот, ты что… умеешь забирать чужую силу?

«Мяву?»

Он удивлённо оглянулся, будто я не про его собственные способности спросил, а указал на пятно, которое он сам не мог заметить ранее.

Куница заинтересованно подошла поближе и принюхалась, подозрительным взглядом наблюдая за ним.

Так.

Магию он поглощать умеет, силы забирает, но делает вид, что не знал об этом. Значит…

— Показывай крылья!

«Мяв!»

Сейчас же!

Кот хотел удрать, но Куница перегородила путь.

Я же выпустил наружу грозную ауру и скрестил руки на груди, делая серьёзный вид.

— Давай, давай, лентяй!

Кот взволнованно огляделся по сторонам в поисках путей отступления.

Но ни одного не нашёл, состроил недовольную моську, нахмурился и…

На лопатках с облачками вспышек появились маленькие перепончатые крылья, которые по размерам скорее подходили для какой-нибудь чихуахуа, но никак не здоровенному откормленному демону ростом мне по колено.

«Мяву…»

Кот недовольно пробормотал что-то вроде «Нате, подавитесь» и театрально отвернулся.

Однако смеяться над ним никто не собирался.

— Хм… — я присмотрелся, почёсывая подбородок. — А летать можешь?

«Мяв»

— И чего тогда стеснялся? Они маленькие, много места не занимают, внимание не привлекают, а вдалеке вообще не разглядишь.

Идеальное средство полёта! Лучше только то, которого вообще не видно.

Кот приободрился, повернул голову, по-новому осматривая свои крылья. И даже помахал хвостом.

Но вдруг Куница подобралась к нему поближе. Кажется, она даже немного завидовала, однако…

— Что ты делаешь, — настороженно спросил я, наблюдая, как она подбирается к Коту сзади.

Кот тоже наблюдал за ней и чуял неладное.

Взгляд у Куницы был слишком уж хулиганский, что на неё совсем не похоже.

И вдруг она прыгнула к нему на спину, обхватила лапами мягкое тело, поместившись между крыльями, и подала сигнал, чтобы Кот взлетал.

От такой картины охренел даже я.

Кот не просто охренел — он впервые так широко раскрыл глаза и разинул пасть в безмолвном возмущении.

Но Куница была непреклонна, и ему в итоге пришлось замахать крылышками.

Я провожал их полёт взглядом.