Зверь с той стороны

) Пока он делал вид, что проверяет, насколько плотно за-конопачены лодочные швы, на самом деле косясь на аппетитную тётечку, что развали-лась под солнышком невдалеке, Костя, посчитавший женщину староватой, хоть и заслу-живающей комплиментов за приличную фигуру, восторженно осматривался по сторо-нам.

С плотины открывался вид как на Петуховку, так и на сопутствующие пейзажи. Деревня (которую местные жители гордо именовали посёлком, аргументируя наличием заводика-задохлика и ещё чего-то промышленного, столь же не впечатляющего разма-хом, но однако не аграрного, нет – индустриального!) сплошь утопала в зелени.

Лишь кое-где сквозь кроны проглядывали крыши и стены двух– и трехэтажных строений. Справа деревня граничила с узенькой речушкой. В речке женщины полоскали бельё, плавали утки. За рекой сразу вздымалась лесистая гора.

Вообще, горы окружали Петуховку со всех сторон. На левую с переменным успе-хом пытались вскарабкаться просторные огороды, обнесённые дощатыми заборами. На-встречу огородам сползало кладбище.

Деревьев на нем было не меньше, чем могил. Кос-тя помнил, как родители гордились древностью своей покинутой в погоне за цивилиза-цией и образованием, но не забытой родины. Лет ей было как бы не четыреста. По плот-ности заселения кладбища – так точно четыреста. Замыкала поселковый периметр пло-тина, на которой стоял Костя.

Вода в пруду была чуть зеленоватой, но изумительно прозрачной, в ней отража-лись ёлки, небо и солнышко – сквозь акварельные облака. У самого берега плавали оку-ни.

Там, где плотина оканчивалась, плавно смыкаясь со склоном горы, по брюхо в воде стояли коровы, смешно задрав хвосты. Видимо, не хотели их мочить.

Парили тонкие длиннокрылые чайки.

Косте подумалось, что когда-то, миллиард лет назад, сюда рухнул огромный ме-теорит. И эта котловина, в которой расположилась Петуховка вместе с прудом, речкой, стадионом и коровами – не совсем качественно залеченный временем шрам на теле Зем-ли. А может, кратер давно потухшего, но не умершего насовсем вулкана, который когда-то проснётся, и новые Брюлловы получат превосходную тему для художественных поло-тен.

Не хотелось бы мне укрываться от горячего пепла и вулканических бомб своей вет-ровкой, подумалось ему ещё.

Коровы не только стояли в воде, но и неторопливо, тяжело шли мимо Кости, из-редка роняя на ходу сочные духовитые лепёхи. Обработать коров репеллентом не пришло никому в голову: слепни, мухи и прочая гнусь ела их поедом, они остервенело мотали башками и хвостами.