Княжич Юра

Не надо дополнительных усилий тратить на то, чтобы «вести себя естественно», чтобы перед кем-нибудь не спалиться.

Ну и ладно.

В общем, такое количество не было удивительным, ведь до последнего времени, я стиркой не занимался в принципе. Я просто носил вещь, пока она не начинала вонять, а потом просто покупал новую. «Старые» же вещи просто сваливал в один из шкафов.

Честно говоря, мне даже страшно было подходить к этому шкафу! И не зря. Совершенно небезосновательными были эти опасения! Ведь, когда я развязал шнурок от ботинка, которым были связаны ручки этой двустворчатой махины, они под внутренним давлением распахнулись сами собой и меня чуть не завалило тем, что оттуда вывалилось! А уж запах…

Возник при этом только один вопрос: как это туда попадало, если дверь не открывалась?!

Ответ, понятное дело, тут же всплыл в памяти – в конце концов, это ж делал не кто-нибудь, а я сам: ручки были связаны не просто так! Технология была проста, как всё гениальное: зачем распахивать всю дверь, если можно её немножечко приоткрыть.

Ровно настолько, чтобы образовалась щель, в которую возможно пропихнуть вещь. А шнурок, при этом, не позволяет выпадать всему остальному. Говорю ж – гениально! Я ж, чертов Гений! Осталось стать миллиардером, плейбоем и филантропом – делов-то?

Что ж, сортировка выпавших вещей тоже сожрала время. Сортировка на то, что ещё можно спасти, а главное, вообще стоит спасения, и на то, что действительно – лучше сразу выбросить! Желательно в тех же резиновых перчатках по локоть, да ещё и прикасаясь к этому вопросу лишь кончиком двенадцатиметровой палки…

Примерно две трети отсортировались во второй тип и сразу же отправились в специально купленные черные непрозрачные мешки для мусора, а после – в помойку, к остальному мусору.

Однако, и оставшейся трети мне хватило для того, чтобы машинка работала с полной загрузкой… раз за разом. До глубокого вечера.

В общем, убил я на всё это дело весь день. От пробуждения и до времени отхода ко сну. Даже на то, чтобы поесть приготовить себе и непосредственно что-то съесть, ни сил, ни желания не осталось… чего я, впрочем, и добивался!

Лишние… десятки килограммов на моём прекрасном молодом теле меня совершенно не устраивали! А способ быстрого приведения себя к оптимальной, по моему сугубо субъективному и предвзятому мнению, я знал только один.