Княжич Юра

То есть, первое – ты повышаешь уровень своей энергии: спортом, питанием, закаливанием, любыми «духовными» практиками (хотя толку от них куда меньше, чем от простого и банального физо), тем самым запускаешь процесс избавления от программы. Потом давишь её из себя по немногу, испытывая при этом весь спектр связанного с ней негатива, все приступы, истерики, паники, срывы, агрессию и прочее, прочее, прочее… И этот процесс кажется бесконечным, отвратительным, мучительным, бесполезным, не приносящим ни капли облегчения, а только лишь с каждым разом усиливающимся… А потом… Это, как цепь, которую начинают по одному, по два, по три звена стаскивать за кончик через край обрыва.

Сперва тяжело – ведь всю цепь тащишь. Неохотно идёт. Потом чуть легче, но всё так же тяжко. Тащишь, тащишь, тащишь… она кажется бесконечной… Но, в какой-то момент, вес уже стащенной цепи становится настолько велик, что он уже сам вытягивает оставшийся наверху остаток, и процесс становится лавинообразным, неостановимым, скоротечным – цепь на тебя просто падает сама, разом и вся, что оставалась. Главное, чтобы не пришибла…

Вот и тут то же самое. Первые две трети ещё можно как-то растягивать и контролировать, давая себе возможность «отдохнуть» или сделать «полегче» (хотя это тоже очень относительное и неточное слово, ведь «анестезии» в этом деле не существует, ты в любом случае получаешь весь спектр эмоций и ощущений), но последняя треть уже не контролируется никак.

Она обрушивается лавиной…

В теории, я это знал. Да и на практике, с мелкими деструктивными программками уже приходилось сталкиваться и избавляться от них. Поэтому ждал этой «лавины». Готовился к ней.

Вот только, я наивно считал, что всё произойдёт здесь, в этой самой бане, в этом бассейне. Что, рано или поздно, я поскользнусь на скользком кафеле и ухну в него с размаху, всем телом, с головой, поднимая тучу брызг и пуская от ужаса пузыри…

Именно поэтому, подходил к краю всегда только в оранжевом спасательном жилете и с защитным роллерским шлемом на голове…

Да-да.

Именно такой вот смешной «без штанов, но в шляпе». Полностью голый, но в жилете и шлеме… Если кто за мной в такие моменты подглядывал (а я такого варианта не исключаю), то он, должно быть, просто уссывался надо мной. Над всеми этими приготовлениями, над тем, как я медленно и неохотно приближался к воде.