Возрождение Феникса. Том 8

И над всей Японией тоже.

Глава 2 - Пекинская ночь

В Пекине наступила глубокая ночь. Дворец Небесной чистоты погрузился в тишину. Молчат беломраморные коридоры и зимние сады в высоких павильонах. На огромных террасах играет пылью безмолвный ветер, иногда шурша листьями экзотических деревьев и роскошными шторами на окнах.

Нежной Анеко не спится. Девушка ворочается в шелковой постели, прижав к груди измятую подушку. По её щекам стекают слёзы, из приоткрытых розовых губ то и дело вырывается надрывный вздох.

Хенеси умер, и она плачет. Всё логично. Но действительно ли она плачет по юному Нобунаге? Принцесса не знает. Даже более того – она сомневается. Ее мысли то и дело возвращаются к сегодняшнему поединку богов. Или демона и бога? Но тогда кто из этих двоих кто?

Плачущая девушка видит всполохи событий. Куча образов. Множество ярких видений. Прозрачные призраки чудовищ, струи пламени, и колесница-солнце с огненными лошадями. А ведет древнюю боевую машину статный юноша в золотом кресе. Бог или демон?

Сердце говорит «БОГ», но упрямая девичья душа не согласна так легко проститься со старыми грезами.

С мечтами, как Хенеси ведет ее под венец. Ведь его любили все. Абсолютно все. Даже покойная мама Микими всегда благосклонно смотрела на избранника дочери.

Когда от доблестного Нобунаги осталась лишь размазанная сажа на блестящем новообразованном стекле арены, Беркутову дали слово как победителю. И тогда Арсений посмотрел прямо на Гуная и Анеко, отчего принц и принцесса едва не лишились чувств.

Взгляд бога шокировал и внушал трепет. Громко, зычно Беркутов сказал:

- Этот день войдет в историю. Как сегодня свет сразил тьму, так вскоре люди победят тварей с Нижних миров и прогонят орды с Японских островов!

Китайцы лишь покивали на красивые мощные слова. Русские наполнились уважением. И только Анеко с братом вздрогнули. Нестерпимый жар наполнил сердце принцессы. Императорские дети испытали страх, трепет, уважение и восхищение. Словно Беркутов сковал их души своей непобедимой храбростью и харизмой.

Неожиданно русский перестал быть просто убийцей бедного Хенеси. Одной фразой он вступил в японский пантеон как Амацухико Свар Ками. Небесный юноша Свар. И сопротивляться этому не было сил, иначе Анеко просто разорвало бы прямо на месте.

Слова Свара Ками стали откровением. Шокирующей правдой, от которой уже не отвертеться. Русский сражался с Хенеси не из честолюбивых побуждений. Не потому что русские считали Нобунагу хаоситом.