Возрождение Феникса. Том 8

ПуД сел за спиной танкохода, и громоздкая китайская машина, как каракатица ползает по кругу, чтобы развернуться лицом к противнику.

- Он может стрелять в воздухе? – резко спрашивает генерал мотострелковых частей, возбужденно почесывая густую бородищу.

- ПуДу необходима точка опоры, а в небе ее негде взять, - говорю я. – Поэтому нет, - генерал грустно вздыхает. - Пока нет, - спешу подбодрить, подмигнув, и седой офицер тут же радостно улыбается в бороду, как ребенок. Только что в пудовые мозолистые ладоши не хлопает.

«Хозяин» наконец развернулся, но «Стрелок» опять взлетает в небо. Чтобы опять сесть за спиной танкохода. Крашенная шмелем железяка по новой принимается медленно разворачиваться к врагу. В зале поднимаются смешки. Дусю злобно топает ногой на месте. Я замечаю, что сил-то у старого китайца немерено. Бетонное покрытие покрывается трещинами. Хотя старик без доспеха сейчас точно. Демоник что ли? Ладно, неважно.

- Итак, снаряд «Ктулху», - ПуД сейчас выстрелит, и нужно успеть вставить словцо о боеприпасе.

- Как и «Осколки Крови», последняя разработка «Компании Беркутова». По сравнению с «Осколками» основной заряд увеличен, чтобы обеспечить больший взрыв. Внутри литая болванка. А именно, сердечник из чистой пластистали для оптимизации пробития усиленной брони.

- Опять загадочная пластисталь?! – радостно улыбается генерал, который вел себя как ребенок. – Только не броня, а боеприпас? Уже хотим посмотреть! Хотим-хотим-хотим…

Я обещаю.

- Посмотрите, но сначала… - оборачиваюсь к старику Дусю.

– Я вынужден предупредить, чтобы избежать напрасные жертвы. Если «Стрелок» выстрелит – хоть раз, а больше ему и не надо, - то ваш пилот погибнет. Даю вам девяносто девять процентов вероятности. В этот раз лучше вам…

- Стреляйте! – перебивает меня Чэнь. Без микрофона, аппаратура китайца ведь выключена. Он просто орет как потерпевший. – Стреляйте, а не тяните время! У вас ведь всего один выстрел, так? Нечего тогда блефовать.

Пожимаю плечами.

Хотел ведь как лучше – предложить, чтобы пилот временно, на время одного выстрела, покинул танокоход. Но мне не дали и рта раскрыть. Что ж, смерть этого испытателя не на моей совести. Пускай его дух винит своего припадочного шиита.

Я командую открыть огонь.

Гигантский «пистолет»-болотер бахает выстрелом. Отдачей легкий ПуД потряхивает, сзади из сопла даже выпускается газовая струя, чтобы «Стрелка» не шатнуло сильно и не сбилась траектория выстрела.