Зачарователь из далёкой галактики

— Прости, прекрасный квазар. Я не могу стать отцом твоих детей.

— Жаль, — Мирослава резко убрала руки с моих плеч. — Но, если вдруг передумаешь, найди меня.

Она напоследок провела ладошкой по моим волосам и удалилась. Я поднял голову, посмотрел ей вслед, а затем встретился взглядом со Святославом. Он с досадой покачал головой. Вот же разведенец старый!

Но утром мы с ним крепко пожали друг другу руки.

— Не боитесь, что они снова на вас нападут? — поинтересовался я.

— Едва ли они снова скоро на такое решатся.

Это скорее был жест отчаяния после того, как подох их главный. Вчера они потеряли очень много людей. Впрочем, мы тоже лишились четверых, так что печально, что ты был не настолько щедр, чтобы поделиться с нами своей кровью.

— Ну прости, — усмехнулся я. — Ты, Пустота побери, подослал мне ребёнка.

— Она уже взрослая женщина и полноценный воин, — он склонил голову на бок. — Сколько же живут люди в твоей стране?

— Ну, лет так пятьсот, плюс-минус.

— Шутник ты!

— Я не шучу. У вас намного меньше?

— Разумеется.

Мне вот почти шестьдесят. Я, конечно, ещё бодрячком, но скоро придётся передать свои обязанности кому-то помоложе и порасторопнее.

Я недоверчиво уставился на него. Подозревал, что здесь стареют быстрее и живут меньше из-за более слабого развития магии и технологий, но чтоб настолько…

— Так ты мне в сыновья годишься, Святослав.

— Ну-ну. Неплохо ты сохранился, — видимо, он ни на грамм мне не поверил. — Что ж, в добрый путь, Эрендел. Если снова окажешься в наших краях — заглядывай.

А если не окажешься, может, всё равно с кем-нибудь из наших ещё свидишься.

Провожать меня отправили одного из молодых метаморфов, парнишку по имени Бажен. На вид едва старше Мирославы. Он посматривал на меня с любопытством.

Я взял под уздцы своего трофейного коня и последовал за юнцом. Думал о том, что у нас хрен бы кто доверил таким малолеткам хоть что-то сколько-нибудь важное и вообще отпустил бы далеко от себя в таком диком месте. А этот, ты посмотри, явно уже считает себя взрослым мужчиной.

На щеках — неаккуратные порезы. Пух юношеский хотел сбрить, чтоб рос пожёстче?

— Спрашивай, что хочешь, — сказал я ему, когда он в очередной раз хотел что-то проговорить и не решился.

Мы пробирались через неприметную тропинку. Снег доходил до щиколоток, иногда чуть выше, и хрустел под ногами. Парнишка шлёпал по нему босиком, шагал уверенно, иногда сворачивал куда-то между деревьями по одному ему известному направлению.