Зачарователь из далёкой галактики

Идиот-арбалетчик случайно проткнул брюхо мечнику, тот яростно заорал, схватившись за торчащий из живота острый наконечник. Оставив его тратить последние мгновения жизни на проклятия в адрес приятеля, я шагнул к последнему. Тот взглянул испуганно, бросил арбалет на землю и поднял руки.

Я понятия не имел, что означает этот жест на этой отсталой планете. Вдруг что-то оскорбительное? Поэтому я просто проткнул стрелку горло. Наконец всё было конечно.

Затем я поспешил к яме. Зрелище передо мной предстало неутешительное.

На дне были колья, какие-то, правда, не были достаточно прочными и острыми, не смогли проткнуть медвежью тушу и сломались под её тяжестью. Но несколько всё же впились зверю брюхо, парочка вошла в переднюю и заднюю лапы. Крови натекло прилично, тело молодого медведя то и дело сводило судорогами. Он лежал, прикрыв глаза, но был ещё жив.

Глупый ребёнок, ну куда его понесло, с досадой подумал я. Осторожно спрыгнул в яму — она была не особо глубокой. Достал из кармана оставшиеся у меня два осколка.

Космический Разум, когда я сумею разжиться новыми адамантами? Эти осколки очень бы пригодились мне самому, а у меня на руках — умирающий мальчишка!

Я обмакнул один из осколков в кровь и сосредоточился на магии адаманта. Заставил кристалл принять в себя кровь мальчишки и образовать с ней неразрывную связь. То же самое зачарование на регенерацию, которое я применил для того, чтобы спасти Мирославу и ещё двоих её соплеменников.

Стабилизировав состояние мальчишки зачарованием, я принялся вытаскивать колья из его туши.

Тут уже можно не волноваться о том, чтобы действовать аккуратно — осколок всё равно не даст ему умереть. А боль можно и потерпеть. Хотя Бажен, кажется, так не считал, и издал жалобный утробный звук.

— Ну-ну, помолчи-ка. Сам говорил мне, что ты никакой не мальчишка, а взрослый воин. Вот лежи и терпи.

Он накрыл морду лапами, продолжая глухо поскуливать и скалиться. Я вытащил оставшиеся колья. Раны начали затягиваться на глазах, кровь из них уже почти не вытекала.

Пройдёт совсем немного времени, и даже шрамов не останется.

Теперь у метаморфов есть четыре супер-солдата, а у меня — всего лишь один осколок.

Оставив мальчишку приходить в себя, я вылез из ямы и обыскал мёртвых головорезов. Была надежда, чтоб у них при себе окажутся артефакты, но нет. Обычное оружие, и никаких тебе зачарованных амулетов, перстней, доспехов или чего-нибудь в этом роде.