СССР 2010 Здравствуй, пионерское лето!

И пусть меняться значками это немного по-детски, так я и так ещё ребёнок. И плевать, что на тушке имеются следы от пуль, а за душой несколько покойников. Сами виноваты, я только защищался.

В итоге я загорелся накупить значков, пусть даже не самых редких или дорогих, лишь бы они были запоминающимися. Ещё одно отличие от моего мира, да и запада было в том, что в Союзе значки зачастую делали из хорошего металла. Литые или фрезерованные, но это были солидные изделия, которые не стыдно носить, а не жестянка с приклеенной картинкой.

Такие и подарить не стыдно и обменять на что-то интересное. Последнее меня мало заботило, но почему бы и нет, если попадётся что-то стоящее или человек будет интересный и достойный чтобы его запомнили.

Так что, немного полазав на специализированных форумах я решил двинуть на Арбат, к антикварному магазину “Купина”. Нет, сам по себе антиквариат меня не интересовал, зато на пятачке перед ним тусовались фалеристы, то бишь коллекционеры значков. А кто может помочь быстро достать много интересных значков лучше специалистов? Вот и я так подумал, так что сейчас собирался познакомиться с теневой стороной Советского Союза.

Звучало сурово, но по факту, всякие филателисты и прочие коллекционеры действительно считались спекулянтами с точки зрения закона. А я так и вовсе собирался нарушить его в особо крупном размере.

Добраться до нужного места оказалось не сложно. Всего две станции на метро, правда с пересадкой. Но летом в будний день пассажиров в поездах оказалось совсем немного, так что доехали мы со всеми удобствами.

Потом немного прошлись по Арбату, любуясь архитектурой и в итоге дотопали до Серебряного переулка, на перекрёстке с которым и находился нужный мне магазин.

Найти фарцовщиков, занимающихся значками, оказалось ещё проще. Скажите кто ещё будет в летнюю тридцатиградусную жару ходить в застёгнутом пиджаке, постоянно оглядываясь. Я поначалу ещё ошалел с такой наивности, но в итоге всё же решил не лезть со своим уставом в чужой монастырь.

И немного понаблюдав, решительно направился к самой крупной группе, где собралось аж трое опиджаченных, ежесекундно утирающих текущий со лбов пот.

— Хелло! — неожиданно встретил нас один из них. — Ю фром…

— Юэсэсо, — закончил я за него фразу. — Да расслабьтесь, свои мы, советские.

— Что-то непохожи, — другой смерил взглядом меня, с пакетами украшенными иностранными лейблами и девчонок, что успели переодеться в иностранные обновки.