Здесь вам не клан

Знаю я такие зеркала. Односторонняя поляризация. С той стороны за мной наблюдают.

Кто?

Несложно догадаться.

Сон как рукой сняло.

Я напряг руки, дернулся — никакого результата. Как я сюда попал? Это бесконечные уровни реальности, иллюзия внутри иллюзии...

Соберись, Макс.

Даже у самой лютой дичи есть внутренняя логика. Ты просто не знаешь всех фактов. Не видишь подводную часть айсберга.

— Что здесь творится, вашу мать?

Ты засыпаешь в собственном родовом имении, а просыпаешься в локации, смахивающей на комнату дознаний.

Или подпольную лабораторию свихнувшегося маньяка. В этом мире существует лишь одно объяснение — меня протащили через портал.

И я ничего не заметил?

— Снотворное, — раздался над самым ухом знакомый голос. — Маленький укольчик.

Тихие шаги.

Справа меня обошел Тимофей Волков собственной персоной. Фискал выглядел по своему обыкновению стильно и опрятно, только кепка на голове отсутствовала.

— Благодарю, — следователь кивнул кому-то у меня за спиной. — На сегодня свободны, Борис Георгиевич.

— Сами справитесь?

В зеркале отражался собеседник Волкова, на которого я поначалу не обратил внимания. Коренастый мужичок лет пятидесяти. Стрижка под полубокс успешно маскировала залысины. Борис Георгиевич носил светло-серую униформу, чем-то напоминавшую медицинский халат. Очередной целитель?

— Как обычно, — отозвался Волков.

— Датчики, — напомнил Борис Георгиевич.

— Подробный отчет, — напомнил следователь.

Так они и распрощались.

Едва закрылась дверь, Волков подошел ко мне и принялся снимать хрень, прилипшую к вискам.

Провода тут же начали втягиваться в пол. Интересная технология. Чем-то подобным пользовалась Кара в фургоне, на котором мы покидали Детройт.

— Поздравляю, — сказал канцелярист, отступая на два шага. — Ты прошел собеседование.

— Шутите?

— Я работал в связке с нашим менталистом, — заявил Волков, освобождая мне руки. — Теперь нам известны твоя биография, обстоятельства смерти и ряд других фактов... которые я бы назвал бесценными.

— Разве я с кем-нибудь общался во сне?

— Ты этого не помнишь.

Начинаю растирать онемевшие запястья.

— Давайте, проясним один момент, Тимофей...

— Петрович, — подсказал мой новый куратор.

— Итак, Тимофей Петрович, вы хотите сказать, что вторглись в родовое поместье Корсаковых, вкололи мне какую-то химию, выдернули из постели и, воспользовавшись порталом, переправили сюда? Я так понимаю, мы находимся в тайной канцелярии.

— Правильно понимаешь, — кивнул следователь.