Возвращение Ликвидатора. Новая жизнь #1

Оно двигалось неохотно, петли скрипели, а изнутри словно бы работал вакуумный насос, тянущий дверь на себя. Но все же мужчине удалось раскрыть ее настолько, чтобы можно было заглянуть внутрь.

И когда он сделал это, на него обрушилась Бездна. Не в силах сдерживать первобытный ужас, охвативший каждую клеточку его тела и разума, Виктор завыл, как умирающий зверь.

Эпизод 15. Пробуждение

Какое-то время я бессильно наблюдал, как незнакомец вольготно хозяйничает в моем разуме, но никак не мог ему помешать.

Кукла, как выяснилось, тоже куда-то спряталась, успев лишь крикнуть про вторжение и Наставника. И только благодаря ей, я успел поставить блок и чужая воля не растворила меня в себе.

Но это было все, на что меня хватило. Все силы, а их и так было немного, уходили на то, чтобы держать рот закрытым. Я понимал, стоит лишь немного ослабить контроль, как слова польются из меня, словно вода из дырявого ведра. И я отвечу на все вопросы этого мужчины. Даже те, что он еще не сообразил задать.

Но тут что-то произошло. Ищенко скрылся за одним из стеллажей, что-то там себе под нос забормотал, а потом вдруг в голос завыл. И столько в его голосе было ужаса, что мне самому не по себе стало. Так мог кричать лишь человек, который встретил самый большой кошмар в своей жизни.

Однако, что важнее, одновременно с этим я почувствовал свободу. Воля Наставника — а удерживать меня в моем же сознании мог только этот тип функций — вдруг ушла. Немедленно я рванул к нему, чтобы пинками вышвырнуть из своего виара, но не успел этого сделать.

Налетела волна холодного воздуха — откуда она могла взяться в подсознании? — и сбила меня с ног. Да еще и протащила по полу несколько метров.

После чего я оказался в реальности. Дрожащий, растерянный, ничего не понимающий, вдобавок ко всему еще и лежащий прямо на тротуаре. Окруженный людьми.

— Что случилось?

— Мальчику и мужчине стало плохо, кажется…

— Сразу обоим?

— Кто-нибудь, вызовите скорую!

— Пропустите, я медбрат!

— Не толпитесь, дайте им воздуха!

Очень хотелось встать или хотя бы осмотреться.

Но даже поворот глазных яблок на градус влево привел к такому мощному головокружению, что не лежи я до этого, гарантированно свалился бы.

Еще и этот гул. Многоголосый гомон людских голосов переплетался с биением крови в моих артериях, разрывал барабанные перепонки, и выстукивал по коре головного мозга навязчивый африканский мотив.