Провинциал. Книга 6

Большая группа покинула это место незадолго до того, как в подземелье проник невезучий уголовник.

Но след этой группы уже растворился в астрале, хотя должен был бы быть... Не повезло нам опять.

Пронька только смог сказать, что ушли они на северо-запад и было их человек десять-пятнадцать.

Не густо, откровенно говоря.

На этот раз они от нас ушли. Будем, конечно, искать. Одна надежда на то, что лишившись заначки, они будут вынуждены совершать активные действия, ибо кушать что-то им надо будет.

А до бесплатных благотворительных обедов они, я так думаю, опускаться не будут.

Вот и будем ждать, когда они на дело пойдут и засветятся по полной.

А пока, как это ни обидно, у нас полный облом.

Глава 5 - Иногда они возвращаются

Сколь бы ни был Юрген лишён эмоций и отморожен, а всё же он заметно вздрогнул, услышав этот звонок.

Уцепившись одной рукой за металлическую перекладину, он другой рукой нехотя поднёс аппарат к лицу, он прочитал на определителе слово «Паук».

Криво усмехнулся, и, нажимая сенсор ответа, пробормотал про себя:

— Помяни чёрта, он и появится…

На сенсор он нажал, не смотря на то, что абонент, вызывающий его на разговор, ему, мягко говоря, не совсем нравился:

— Слушаю вас, Пётр Сергеевич, — голос его сочился ехидством, — давненько вы не вспоминали обо мне, хе-хе, как здоровьичко ваше драгоценное? Не прихворнули ли случаем?

— Не дождёшься, — да, этот голос Юрген узнал бы из миллиона.

И принадлежал он действительно человеку, к которому намертво приклеилась кликуха «Паук».

В миру он же был известен, как преуспевающий бизнесмен. И звали его Овечкин Пётр Сергеевич. Недавно он исчез при загадочных обстоятельствах, бросив всё, в том числе и супругу. А оставшаяся без присмотра его бизнес-империя быстро скукожилась, как та самая шагреневая кожа…

Юрген выделял его из прочей серой массы потому, что Паук принадлежал к тем немногим, кто вызывал у него чувство страха.

А потому Юрген уважал этого человека. Уважал, потому, что боялся. Но, в то же время, всячески пытался показать что ему всё по барабану, а потому сейчас ехидничал и хорохорился.

— Что у тебя с аппаратом? Что за звук кошмарный? — в голосе Петра Сергеевича теперь сквозило эдакое барственное раздражение, — ты что, в задницу слоновью забрался и вещаешь оттуда?

— Ну, можно и так сказать, — хихикнул Юрген, одновременно с натугой приподнимая чугунный люк, закрывавший выход на поверхность, — сейчас, выберусь я из этой задницы, не переживай за меня.