Бард

Место выполняло сразу две функции — в отличие от трактира, нас не смогут подслушать, а еще с берега открывался потрясающий вид.

— Я-то уж думал, все, пропал род Морозовых вместе с вашим дедом. — Ополовинив первый кувшин, Велемир раскраснелся, постоянно икал и утирал нос рукавом. И смотрел на меня с восхищением. — Правильно говорят, кровь она через поколение пробуждается! За вас, господин!

— Тьма застилала мне глаза, я словно пробудился от долгого сна и теперь мыслю как никогда ясно, — Я решил добавить немного пафоса в свои слова.

Думаю, это явно не будет лишним. — Я верну своему роду прежнюю власть и славу, но мне нужна твоя помощь.

— Дружина выполнит любой ваш приказ! — горячо заверил меня Велемир, закончив с первым кувшином и потянувшись ко второму.

— Сам понимаешь, для успешного наступления нам нужен надежный тыл. Опора, благодаря которой мы перевернем мир.

— Прекрасно сказано, барин! Я бы и сам не смог лучше!

— Поэтому я должен избавиться от сорняков в нашем саду.

Поперхнувшись, Велемир шумно закашлялся, щедро оросив фруктовой брагой свою рубаху.

— Барин, если это по поводу кольчужных рубах, так мы их нашли намедни…

— Брось, я не об этом. Что ты можешь рассказать мне про Ольдрега?

— А вы с какой целью интересуетесь, барин… — Мужчина вздрогнул и замер; стоявшая неподалеку фея нежно обхватила его шею, выдвинув заострившиеся когти.

— Господин задал тебе вопрос и ожидает ответа. Не забывай свое место. — рявкнул я, заработав одобряющий взгляд Уны, которая медленно потягивала вино из небольшого кубка, и испуганный от главы дружины рода Морозовых.

Шумно сглотнув, Велемир начал говорить. Я еле удержался от того, чтобы не рассмеяться. Со стороны, наверное, смотрелось очень странно, как Велемир запинался, заикаясь, постоянно шмыгая носом. Бывалый воин, превосходящий меня на десять уровней, испугался юного барина. Один мой взгляд и, конечно же, фея-фамильяр вызывали у него дрожь.

Мы с Уной попали в точку.

Ольдрег обдирал род Морозовых как липку. Сергей Игнатьевич растерял железную хватку с гибелью родителей прошлого Александра, посвятив всего себя заботе о выжившем мальчике. К сожалению, воспитатель из него оказался не очень.

Прежний Александр ничего из себя не представлял, будучи весьма посредственным магом, даже не пытающимся открыть учебник или взять в руки меч.

Сначала я и не понял, почему воевода не рассказал об этом тому же самому Игнатьичу.