Бард

Помимо заправки и полицейского участка таких нашлось три, которые я обозначил как «администрация», «больница» и «сельпо». В первой меня с Уной встретили несколько стоек, за которыми скрывались коридоры с крохотными кабинетами. Деревянная мебель рассыпалась в труху от малейшего прикосновения, тканевые обивки, одежда и бумага превратились в непонятные обрывки. Как и в остальных местах, уцелели только железо и стекло.

— Никаких тел, странно. — Уна подобрала металлическое корытце, наполненное черными струпьями. — Похоже на тарелку.

— Я тебе больше скажу, мы в столовой. — А как еще можно было назвать большое помещение с зоной раздачи из окна, кучей небольших квадратных столов и горой металлических мисок? Кухонное оборудование уцелело, выглядит вполне узнаваемым для меня. Например, в этих гигантских кастрюлях легко было представить первое, второе и компот, накладываемые из поварешек. — Можем набрать посуду, будем есть из тарелок…

— Фу, они же грязные! — Фея всем своим видом показывала, что не нанималась в посудомойки.

— И противные! Посуда должна быть из фарфора!

— Ничего себе ты эстет, — усмехнулся я. — В некоторых ситуациях она должна быть прочной, дешевой и многоразовой. В больницах такое часто встретишь…

Внезапная догадка промелькнула в голове ярчайшей вспышкой молнии.

— Или в лагере беженцев. Слушай, а очень похоже!

— Лагерь беженцев? Что это? — Фея непонимающе наклонила голову к плечу.

— Когда нужно эвакуировать большое число людей, лишившихся домов. Обычно они бегут от войны или природных катастроф.

Сначала их селят во всяких отелях, санаториях, в квартирах неравнодушных людей, а потом переправляют в такие специально построенные городки. — Я все больше убеждался в своей правоте. Аскетичная обстановка, полицейский участок и большая больница должны были полностью покрывать нужды временного поселения. А кормили их здесь — или разносили еду по «квартирам».

— Интересно. У нас все как-то проще, если деревню вырезали монстры, проблемы выживших это проблемы выживших. В лучшем случае выживай как хочешь.

Или продавайся в холопы.

— Продавайся в холопы? ­— переспросил я.

— Ну, у нас это практически аналог рабства. Только помягче и поцивилизованнее.

— Соцподдержка просто на высочайшем уровне, — с сарказмом ответил я, прежде чем до меня дошло. — А откуда ты это знаешь? Ты ведь родилась всего несколько дней назад.

— Понятия не имею. Просто знаю. — Фея всерьез задумалась, уменьшившись и не забыв усесться мне на плечо, чтобы не отвлекаться на ходьбу.