Пожиратели миров. 4 том.

Первое, что бросилось в глаза, шрамы на запястьях. Такие остаются, если человек очень долго просидел в наручниках или верёвках, но постоянно и очень активно пытался вырваться. А ещё метка, вырезанная на груди в районе сердца. Она была фиолетового цвета, и от неё, словно паутина, расходились такого же цвета сосуды.

Знакомо?

Да. Я видел такое лишь единожды, когда мы брали штурмом цитадель какого-то еретика. Он был там один вместе со своим помощником. Тогда тот знатно потрепал нам нервы. У него на груди была метка, но другая.

От гримуара к гримуару они разные. Разные книги, разные трактаты и способы.

Тебе откуда знать?

Действительно, откуда же?

Тень рассмеялся.

Значит мы нашли то, что искали. И гримуар должен быть где-то здесь.

Пока Грог стоял на страже. Я быстро обошёл помещения. Мы могли бы сделать это и позже, но нет гарантии, что здесь нет запасного выхода, и пока мы будем зачищать нижний этаж, сюда через другой вход не спустятся другие и не заберут его.

Но здесь ничего не было. Лишь компьютеры, медицинские карты и оборудование.

Хотя на медицинских картах я остановился на минуту. Каждая была папкой с прикреплённой фотографией и данными пациента, если так можно было назвать бедолаг. Семнадцать лет, восемнадцать, двадцать, восемнадцать… парни и девушки, все разные и все с такими лицами, будто пришли на смерть.

Но смерть была избавлением по сравнению с судьбой оказаться вместилищем демона. Можно сказать, мы сделали одолжение убитым псирайдерам, освободив из плена.

Нижний этаж отличался от двух верхних.

Это был оббитый металлом коридор с очень тусклым освещением. И здесь мы не встретили никакого сопротивления. Зато нашли с десяток камер по левую сторону.

Больше половины пустовала, в оставшихся трёх сидели подростки, забившись по углам. В четвёртой и вовсе в полном одиночестве сидел ребёнок лет двенадцати, забившись в угол. Я мог видеть их через камеру, изображение которой выводилось на экран рядом с дверью.

В одной из них сидела Триана.

— Выпустим? — прогудел Грог позади меня.

— Позже. Сейчас они там в большей безопасности, чем снаружи, — покачал я головой и перевёл взгляд на дверь, которой заканчивался коридор. Большая бронированная дверь из двух разъезжающихся створок, как в бомбоубежище. Открывалась она незамысловатым способом — рядом с ней был аппарат для считывания сетчатки глаза.

Мы переглянулись.

— Я схожу, — кивнул Грог и поднялся наверх.

Вернулся через несколько минут, держа за волосы десяток, словно луковицы, голов.