Гром гремит дважды. Дракон

Хруст и вопль полицейского я услышал, выстрел — нет. Рука обмякла, пистолет вывалился из неё на камни, которыми была вымощена площадь.

Я рванул из кобуры свой пистолет. Мгновение — и башка бродяги у меня на мушке. Но я промедлил мгновение, потому что в глубине души знал, что сейчас будет. И действительно — вместо лица бродяги появилось искаженное мукой лицо незадачливого стража порядка. Если бы я выстрелил — пуля попала бы в него, и потом я удолбался бы писать объяснительные и убеждать судей, что коп один хрен был считай что мёртв к этому моменту.

Народная примета: пуля, выпущенная из оружия, принадлежащего гражданскому, в голову полицейского — к неприятностям.

— Сука, — процедил я сквозь зубы и убрал пистолет так же быстро, как достал.

Лучше уж дать волю техникам. Юридически силы избранных здесь до сих пор никак не зафиксированы, соответственно, притянуть меня за то, что я вдребезги разбил кому-то голову, находясь от него в десяти метрах, будет гораздо сложнее.

И всё-таки надо попытаться спасти хотя бы этого недотёпу.

Пусть у меня точно не получится, но если я не попытаюсь — оправданий себе не найду.

Паук

Я взлетел на пяток метров над землёй и тут же отменил технику.

Длинная Рука

Бродяга вынужден был держать меня в поле зрения. И, несмотря на всю свою силу и скорость, прикрыться копом он не успевал. С рычанием оттолкнув его, он упал на спину и перекувырнулся через голову. Сурово. На таком-то рельефе. Надеюсь, ему было больно.

Крылья Ветра

Теперь я летел прямо на него, на поднимающегося на ноги бродягу.

Прикрытия у него не было, а если я промахнусь — то всего лишь испорчу каменную кладку. Идеальный момент!

Я вновь выдернул из кобуры пистолет и, не целясь, выстрелил, зная, что пули пойдут, куда надо.

Стрелять в полёте мне пока ещё не доводилось. Положение было непривычным: я вытянулся в струну, как будто нырял с вышки, одновременно расстреливая бассейн.

Бродяга быстро оценил свои шансы. Уворачиваться от пуль ему в голову не пришло — всё-таки как-то умудрялся критически воспринимать свои возможности.

Защититься было нечем — он ведь не избранный. Влево-вправо — не успеет, да и я легко поведу его на мушке.

Он выбрал интересный вариант. Поскольку ещё не успел полностью встать, преобразовал остаток движения в прыжок и взмыл вверх.

Я летел под углом к земле, и когда попытался проследить за ним, задрал голову, руки и понял, что амплитуды мне не хватит.

Выродок меня перехитрил! А я вот-вот разобьюсь о камни, частично раскрошенные моими же пулями.