Лесной техникум 4: За тридевять земель

Более того, даже если нет сомнений в честности руководства организации, могут возникнуть вопросы: Насколько они самостоятельны? Не работают ли под чьим-то контролем? И масса других подобных вопросов. И у многих из вас подобные вопросы возникали или ещё возникнут.

– И что же делать? – обалдело спросил один из пришедших на лекцию.

Виталия пожала плечами:

– Единого ответа нет, да и не может быть. Многое зависит от контекста, предыстории, конкретной ситуации. И каждому приходится искать ответ самостоятельно.

От внимания Светы не укрылось, что Вика сидела закусив губу и глядя в пол.

***

Берег всё дальше и дальше удалялся, превращаясь в узкую полоску за кормой. Ильмера, лесная мавка, чувствовала себя посреди большой воды крайне неуверенно, а тут ещё и Ваня принялся хандрить, уселся на корме, да так и сидел с постной мордой, глядя в одну точку, даже рыбу ловить не пробовал, а ведь строил планы на морскую рыбалку. Мавка перебралась к нему, села рядом.

– Что случилось?

Ваня вроде как и начал отнекиваться, убеждать, что всё нормально, но быстро сдался:

– Накатило вдруг.

Я же за последние дни тьму народу перебил... – сказав это он закусил губу. – Знаешь, пока воевали... потом за вас переживал, потом собирались, потом по рекам шли, опять же, приключения, потом снова воевали с этими разбойниками. Всё как-то был занят, А тут отплыли, расслабился и...

Он махнул рукой. Ильмера, существо дикое, лесное, относилась к этим вопросам проще и начала его успокаивать, но вдруг споткнулась.

У них, в сообществе леших и мавок, никогда не убивали своих и когда она подумала, что будет, если она бы убила не мышку, свою законную добычу в змеином облике, а одну из своих сестёр, ей стало по настоящему нехорошо. А Ваня ответил, больше не на её увещевания, а на собственные мысли:

– Да знаю я. Если бы я тогда Ромку не спалил, он бы и меня зарезал, и тебя добил, и Надю тоже. И эти в машине... Они же убивать пришли. И этот орденский, которого мы тут ликвидировали. Он же специально эту банду привёл, чтобы нас убить.

Но всё равно, нехорошо как-то от этого.

Ильмера на это вздохнула:

– Знаешь, вы, люди, очень жестокие существа. Мы, мавки, лешие, русалки не убиваем своих. Я вдруг представила, что было бы со мной, если бы я убила одну из сестёр...

И её передёрнуло.

– Теперь ты боишься меня? – грустно спросил Ваня.

– Тебя – нет. Но теперь я понимаю страшные рассказы о сёстрах, попавших в рабство к людям. И, знаешь, я не знаю как тебе помочь.