Лесной техникум 4: За тридевять земель

Ты говорила сирене, что она вроде как изгнанная, что ей в море ходу нет...

– Не вроде, – Ильмера ответила не дожидаясь конца вопроса. – Мы, кого люди называют мелкой нечистью, можем принимать человеческий облик и в это время мы почти люди. И мы почти никогда не убиваем друг друга. И никогда не убиваем специально. Людей иногда, случайно, заигравшись, или особо выдающихся...

– Тех, кто сильно нахомячил в лесу и за несчастную любовь? – с некоторым ехидством спросил Ваня.

– Ты не понимаешь! – резко ответила мавка и отвернулась.

– Для нас полюбить человека это величайшее счастье и проклятие. Только так мы можем понять и почувствовать настоящие человеческие чувства. Но если человек нас отвергает, прогоняет от себя, мы увядаем и погибаем. И всё равно, даже те, кто погибал из-за этого, говорят, что оно того стоило. Но те, кто остаются, могут убить такого человека. А я... А ты...

Она всхлипнула и попыталась выбежать на улицу, но Ваня успел перехватить её, вернулся на лавку, усадил к себе на колени:

– Ну! Я-то тебя не брошу.

– Я никак не могла понять... Света всё смеялась, успокаивала меня, говорила: "Чего ты хочешь от мальчишки? Они сами не понимают, что чувствуют." А когда ты зажимал мне рану, не давая истечь кровью... И потом, я заметила, что ты переложил в свой рюкзак почти все патроны и часть круп... думала не доверяешь...

– А на самом деле, мне легче нести всё самому, чем видеть, как тяжело тебе.

Ильмера обняла его, прижалась крепче, сказала шёпотом:

– Вот теперь я понимаю.

..

Они так сидели обнявшись, пока Ваня не вернулся к первоначальному вопросу. Ильмера потрепала его по волосам и принялась объяснять:

– Так вот, убить человека это почти то же самое, что убить кого-то из наших, но есть людей...

Мавку передёрнуло и Ваня догадался:

– Те, кто это делают – съезжают крышей и начинают есть своих?

– Да. Среди вил этого не бывает, у нас, в лесу, очень-очень редко, мы изгоняем таких в самые глухие места... Понимаешь, ведь мы же не просто так. Мы следим за лесом, а эти.

.. эти начинают губить лес вокруг себя, образуется чернолесье и лес их быстро уничтожает. А вот у русалок такое случается намного чаще... Рыбы, они и есть рыбы! Таких изгоняют на берег, а там некоторым удаётся выжить. Селятся на скалах, на таких вот пляжах, как эта, сбиваются в банды, там тоже жрут друг друга... Без воды они долго не могут, а в воду их не пускают, вот они и перебиваются от шторма до шторма.

– Гуманнее было бы убить, – вздохнул Ваня.