Гремучий Коктейль - 1

Не пацанячьи ни разу, взрослые мужики бегут! Еще Блемы! С таверны?! А почему трезвые?!!

Один из старших детей тетушки сгребает в медвежьи объятия заверещавшего зайцем Лори-Валика, а я, взмахнув котомкой с украденным, проскальзываю мимо жадных лап второго братца, тут же начиная уматывать по дороге из деревни! Ха! Здоровым и мясистым мужикам по прямой и утоптанной дороге догнать меня? Без шансов! Я бегаю быстрее всех в округе! Даже сам Жак Звонарь уступил мне, когда забивались на пробежку. Он потом, конечно, врал, что бежал с бодуна и вообще не всерьёз, но кто и когда слушает проигравших?!

Особенно, когда они потом, с горя приняв на грудь, рассказывают всем, что де благородные крепче и быстрее обычного человека? Брехло! Кого они тут видели, кроме меня?

Так, сейчас развилочка будет освещенная, там передохну под фонарем, а потом еще полчаса неспешного бега, и я дома, лакомлюсь плодами победы.

Запах из котомки прёт одуряющий, эти розовые яблоки просто чудо какое-то!

— Эй, пацан! — у фонаря на перекрестке на дорогу выходит тот, о ком я только что думал.

Жак сука Звонарь! И у него в руке здоровый дрын, на лице улыбка, а на ногах его рабочие беговые боты!

ААА!!!

///

— Слышите? — сидящий в кустах Лоп поудобнее перехватил ружье, — Вроде бегут.

— Да ты замучил уже, — с досадой пропыхтел его сосед, сын старосты ближайшей деревни, — Жак обещал, что кричать будет, услышим заранее. Чего ты, ну?

— Да домой охота, — пожаловался Лоп.

— А отплатить этому опарышу неохота? — хмыкнул третий из засадников, уперший своё ружье прикладом в землю.

Сплюнув, он глумливо «вспомнил», — Ах да, у тебя же Милка, тебе этот паршивец ничего не делал...

— Ну да! — тут же тихо и весело гыгыкнул сын старосты, — Только Милке трубы чистил! Ну и зубы, наверное! Кто этих бла...

— Заткнитесь, ироды! — обиженно зашипел Лоп. Ну да, было дело. Сначала не уследил, а затем подумал — почему бы и нет? Вдруг чего урвать можно будет? А уж когда понял, что взять с этого хулигана, держащего весь округ если не в страхе, то в постоянном напряжении, нечего, так уже и поздно было.

Милка подсела на чернявого козлика плотно, только батя разговор начинает, так она истерит как оглашенная. Так еще люди болтают, что не одна она у этого паразита была... Эх, теперь одалживаться придётся, чтобы в город дочку на обучение спровадить. Кто её тут замуж возьмет, топтаную? И не то, что других не топчут, ха! Но не этот же благородный, который у всех на слуху с тех пор, как ходить начал.