АркАДьев: Графами не рождаются

Я не успел ничего понять — вот стоял возле Шеклтона, а через мгновение уже лежу на полу, весь в пыли осыпавшейся штукатурке. Чтоб тебя...!

— Что произошло?! — смахивая с головы мусор, спросил я.

Чтобы подняться понадобилось время: меня завалило стульями.

— Рвануло, якорь мне в печень! — радостно воскликнул Шеклтон, поднимаясь с парты, на которую его закинуло взрывной волной. — Рвануло!

— Проклятый недоумок!

Меня охватила ярость. Я подскочил и бросился к учителю, намереваясь отделать его, как следует. И о чем я только думал?! Верить сумасшедшему, надеяться на то, что он может сделать что-то толковое.

— Ты не темный! Ты позор мрака! — прорычал я, хватая Шеклтона за грудки.

Но тот словно и не слышал меня. В наивном почти детском взгляде моряка блестело безумие.

Кулак уже завис над головой, готовый отбить идиота, как вдруг со стороны входа раздался посторонний голос:

— Это что тут происходит?!

Сквозь черные лоскуты тумана и пыли я увидел, как дверь класса распахнулась, и внутрь кто-то зашел.

— Какого черта?! — судя по уверенному, поставленному голосу, привыкшему отдавать приказы, вошедший был не последним человеком в школе.

Я желал только одного — лишь бы это не был директор.

Но это именно он и оказался.

— Что за несогласованное творение черной магии?!

Развевая туман широкими взмахами рук, к нам подошел высокий статный мужчина. Раньше мне не доводилось видеть директора школы, но хватило и одного взгляда, что понять — это именно он, Константин Константинович Вебер, глава учебного заведения.

— Шеклтон! — рявкнул Вебер, глянув на беснующегося учителя. — Что вы тут творите?!

Потом, поняв состояние моряка, спросил:

— Вы пили сегодня таблетки?

— К черту таблетки! — рявкнул тот. — Засунь свои таблетки куда подальше, окунь ты горбатый!

— Понятно, — тихо вздохнул Вебер.

И перевел взгляд на меня.

— Аркадьев?

Я кивнул.

— Вы тоже в этом участвовали?

— Нет, — тут же соврал я. — Федор Филиппович сказал, что покажет мне некоторые формулы на дополнительном занятии.

— Вы принимаете меня за идиота? — ледяным тоном спросил Вебер. — Значит так.

И директор вынес свой приговор:

— За то, что нарушили устав, я вас наказываю. Сегодня после уроков вы остаетесь на дежурстве.

— Как это... — ошарашено произнес я.

— Очень просто. Дисциплинарное нарушение требует дисциплинарного наказания. Вот и будете искуплять свои ошибки в школе.