Горыныч 3.0. Тайны Рода

— И чего это?

— Он сулит дельные перемены в судьбе, — расшифровала княжна Озара то, что уже раз объясняла. Точно — лободырная эта Юлка.

— Ну это и так было понятно, — протянула Юлка. — Учитывая, что предстоит окончание школы и поступление…

Об этом Радмилла решила потом поспрашивать и разузнать, если понадобиться.

Затянули новую песню:

«Золотая парча

Развевается.

Кто-то в дорогу

Собирается.

Диво!

Кому мы спели,

Тому добро.

Кому вынется,

Тому сбудется.

Диво!»

— Кому? — спросила княжна Озара в третий раз.

— Мне! — решительно выкрикнула княжна Ожега.

Вытащив новое золотое кольцо, княжна Озара замешкалась и с сомнением посмотрела на сестру.

— С чего вдруг замужество, оно же Ляне выпало? И вообще, это разве по правилам? — спросила княжна Ожега удивлённо. — Разве второе кольцо не серебряное — к знакомству? Ты что, взяла два золотых кольца?

— Нет. Я точно взяла весь «набор» предметов для гадания. Золотое кольцо у меня было только одно, — княжна Озара неожиданно для Радмиллы откинула с блюда платок, и все увидели внутри ещё одно золотое кольцо вместе с оставшимися мелочами.

— Что, пошутить кто-то решил? — фыркнула княжна Ожега, бросив своё кольцо в блюдо.

— Не знаю, думаешь, стоит у Благи спросить, она к магии чувствительна очень? — протянула княжна Озара.

У Радмиллы предательски зачастило сердце.

— А может, это у вас домовой шалит? — встряла Юлка, отвлекая всех и давая пару мгновений для передышки и обдумывания, как выкрутиться.

— Тут вотчина не домового, а банника, — покачала головой княжна Ожега. — Давайте положим кольца в блюдо и покажем Благе и матерям, может, отследят шутника.

Радмилла тогда еле успела…

Княжны скинули кольца, так и не надев, когда банник вырвался из плена и утробно завопил, переворачивая лавки, Радмилла сделала вид, что испугалась и, вскочив, сбила блюдо на пол, рассыпав кольца и гадательную мелочь.

Колец по итогу так и не нашли, а Радмиллу не вычислили, и какое-то время от неё только и требовалось, чтобы следить за планами княжон.

Пока те не договорились со своей калечной сириной о том, чтобы выбраться в город Санкт-Петербург на праздник, который устраивают для тех, кто закончил школу. Тот самый Город-на-Неве, который соприкасался с Беловодьем почти по всей своей длине.