Кодекс Инквизитора. Книга III

Доселе скучное топтание на месте вылилось в танец жизни и смерти, любви и ненависти.

Хлопки в ладоши, звон клинков, волшебная скрипка, фортепьяно, фагот и, наконец, аккордеон. Лицо кицунэ лучилось счастьем — до такой степени её увлёк поединок.

Каждый раз, сочетая элементы по-новому, мы создавали совершенно неповторимый сюжет танца. При этом инициатором выступала Кимико, а я, чутко улавливая направление и пульс ритма, ясно давала понять партнёрше, как поединок будет протекать в следующий момент. Девица, в свою очередь, хватала на лету мои намерения.

Стараясь не ранить принцессу, часто подставлялась сама, напрочь позабыв об осторожности. Скорость боя перешла на совершенно иной, запредельный для человеческих возможностей уровень.

Десятки порезов нещадно саднили, а кровь тяжёлыми каплями срывалась на вощёный паркет бального зала. Отдавшись на милость боевому либертанго, не обращала на боль никакого внимания. Когда пришло время перейти в закрытую променадную позицию, резким, едва уловимым движением вышибла катану из рук принцессы.

Кицунэ горела огнём, температура явно превышала сорок градусов, руки девушки обвили мою шею, глаза закатились, а из груди вырвался стон. Успела подхватить Кимико прежде, чем та отключилась. Хватило секунды, чтобы понять: дело пахнет керосином.

Необратимый распад ауры, фактически выжженный источник и множественные повреждения мышечных волокон — лишь малая часть того, что открылось истинному взору.

Потеря сознания пришлась на финальный аккорд. Зал грохнул овациями. Вышло красиво, спору нет. Но боюсь, что на бис повторить не выйдет: девчонка умирала у меня на руках, в эту самую минуту.

Угробила-таки принцессу! Чтобы поспеть за безудержным темпом, ей пришлось использовать все внутренние резервы, а когда она остановилась… загнанной кобылой упала замертво. С разрушением ауры по капле вытекала сама жизнь. Такое не лечится. Центральный меридиан растаял прямо на глазах, эфирное тело пошло рябью и распалось на отдельные фрагменты.

Выхватив три чёрных зелья здоровья, один за одним влила в рот бездыханной кицунэ. Донеслись крики, какая-то особо впечатлительная девица, увидев, как чёрная струйка крови сорвалась с уголка губ принцессы, грохнулась в обморок.

Со всех сторон в нашу сторону рванули телохранители, на ходу доставая пистолеты, лязгнули затворы.