Кодекс Инквизитора. Книга III

— От рецепта толку мало, дело в ингредиентах. Редкие травы-муравы из Императорского разлома на базаре не купишь. Вскоре я там окажусь, выпадет случай, соберу нужное, а Лопухина лично приготовит. Не пей много, а то поплывёшь. Пойло с подвохом. Принимай на ночь как микстуру, красочные сны гарантирую, а сейчас спешу откланяться — совет кланов на носу, пора!

— Не буду говорить пафосных речей и давать напутствий. Делай то, что должно, и возвращайся со щитом! — Приблизившись вплотную, порывисто обняла, а затем чмокнула в щёку.

— Ступай, Ольга, а то сейчас… после этого ты точно на каторгу отправишься! Всё, вон иди!

***

Предварительную ноту от глав потерпевших семей с непреложным указанием явиться на совет кланов, где мне и будет вручён официальный акт объявления войны, получила несколько часов назад. Собрание должно состояться тут же — в академии магии. Императрицы на заседании не ожидалось, не по статусу ей, зато присутствовал глава Императорского клана, старший сын, он же наследник трона — Великий Князь Пётр Михайлович.

Дядька ста двадцати лет от роду, с наружностью героя аниме. Я бы ему и восемнадцати не дала, если бы не знала подлинный возраст. Человеком он был малопонятным: ни дурного, ни доброго о нём сказать никто не мог.

В светских хрониках не мелькал, в дворцовых интрижках не участвовал. Сидел безвылазно в Зимнем и в хрен не тарахтел. По слухам, власть и корона его ничуть не интересовали. Холост, байстрюков не имел, больше и сказать нечего.

Странный тип, короче, от таких следует ожидать неприятностей в первую очередь, но мне с его лица воды не пить.

Преемник всего лишь председательствовал на сборище желавших моей смерти честолюбивых говнюков.

Войдя в просторную залу, сразу же ощутила эманации «добра». Благо, что здесь находились лишь главы высших кланов, то бишь княжеских, за исключением двух потерпевших графских домов, но и тех нескольких сотен пар ненавидящих глаз хватило, чтобы ощутить кожей пламя кострища. Могли бы — сожгли прямо в цитадели, обложив нотами, актами и прочей бюрократической макулатурой.

Приветливо оскалив зубы, помахала всем присутствующим ручкой, чем вызвала гневливые крики и череду прямых оскорблений. Не обращая внимания на беснующуюся толпу, заняла своё место за трибуной ответчика.

Председатель подал голос, усиленный магией, князья затихли, и началось слушание. По существу никто ничего не сказал, а что тут скажешь, вина моя лишь в том, что волки захотели кушать.