Сун Хун Чай, не осерчай!

Ага, вот так значит и запрещено здесь носить огнестрел, я вижу. Ну да ладно, зато будут неплохие трофеи.

Заложив хороший такой дрифт, зажимаю кнопку автоматического опускания окна, и тут же выхватываю один из прихваченных в подвале кинжалов.

Навыки метания, загруженные в новое тело, срабатывают моментально: бросок получается, что надо, хоть и слегка забирает влево и вверх. Впрочем, не попав в сердце, танто пронзает шею якудзы, что в общем-то равнозначно.

И вот теперь меня уже начинают воспринимать всерьез. Оставшийся стрелок как следует целится, и едва не падает - даже полностью читая его движения и отслеживая колебания ментала, увернуться оказалось не так-то просто.

Ну ещё бы, сидя в тесном салоне грузовичка, в теле довольно таки жирного китайца.

Второй выстрел якудза сделать уже не успевает. Пистолет оказывается не автоматного типа, и для перезарядки нужно потратить хотя бы пару секунд. Мне же нужно всего-то выхватить оставшийся кинжал, и уже чуть более набитой рукой поразить цель.

На этот раз, всё проходит удачно: точно в сердце, ещё минус один потенциальный клиент на донорство мозга.

Надо бы быть поаккуратнее, а то мне ещё столько всего нужно в себя улучшить перед встречей с этим Хьёгурой. Всё же, псионик-огневик, это не шутки.

Мой мозг тем временем работает уже на пределе своих возможностей, анализируя и фильтруя всю входящую информацию.

Изначальное количество якудз: 22 человека. 3 без оружия, слабые псионические колебания - похоже, это и есть те самые одаренные. 4 с вакидзаси.

9 с танто. 4 с дубинками. 2 с огнестрелом.

Текущее количество: 12 человек, не утративших боеспособности. 3 без оружия. 1 с вакидзаси. 6 с танто. 2 с дубинками.

Многовато будет…

Собираюсь идти на разворот, попутно закрывая окно, но двигатель внезапно глохнет. Провожу анализ полученных данных, и понимаю - это применил силу один из местных одаренных. Жаль, но в целом, не всё так плохо.

Открыв дверь, резко выскакиваю наружу, и одновременно с этим достаю и раскладываю телескопические дубинки.

Мир словно расплываться перед глазами. Войдя в состояние, близкое к типичному описанию “берсерка”, я без жалости врываюсь прямо в толпу врагов.

Пистолеты, выпавшие из рук вооруженных якудз приманивают оставшихся лучше, чем хлеб голодных голубей. И разумеется, ни одному из них не суждено взять в руки оружие. Наоборот, отвлекаясь на стволы, якудза упрощают мне работу, и не могут навалиться на меня разом. А ведь так у них были бы хоть какие-то шансы.