Корректировщик (бояръаниме)

Нос большой и вытянутый, глаза зеленые.

Сергей, вашу мать?

Я больше смахиваю на какого-нибудь Сатоши Накамото.

Ладно, не кипишуй, Ярослав. Думаю, есть объяснение. Ты не японец, ты родом из Средней Азии — она же входит в Империум, верно? Иначе с какого перепугу потомственным русским дворянам ехать в Сёгунат за ребенком? Своих сирот не хватает?

В памяти молниеносно всплывают издевательства кузин, сводных сестер, их друзей и приятелей. Бесконечные стычки, тумаки, подколки и откровенные оскорбления. Драки, в которых я неизменно проигрывал.

Обидные прозвища. Кем только меня не называли. И дрыщом, и мелким, и япошкой, и дочерью самурая.

Вот оно что, Михалыч.

Пора прекращать это дерьмо.

Иду в душ, стягиваю с себя пижаму и обнаруживаю, что под ней ничего нет. Ладно, хоть достоинством меня родители не обделили. И это при том, что азиаты стволами не блещут — факт известный.

Кабинка полностью на сенсорах.

Память Сергея подсказывает, что надо делать в нужные моменты. Я уже начинаю адаптироваться к этой реальности и пользуюсь чужими знаниями на каждом шагу.

Пара касаний — и на меня обрушивается поток прохладной воды. Самое то после воскрешения из мертвых. Намыливаюсь жидким мылом, голову усердно обрабатываю шампунем. Действую на автомате, обдумывая свое положение. Вытираюсь махровым больничным полотенцем с вездесущим крестом.

Выхожу из санузла.

И понимаю, что у меня гости.

Глава 3

Виктор Константинович Друцкий — младший сын главы рода. Мне он импонировал больше остальных.

Спокойный, уверенный в себе, но без типичных аристократических замашек. Не воспринимает всех, кто ниже его по рангу и статусу, как грязь. И реально тянет корпоративную политику, что делает ВК третьим по значимости человеком в семье. Почему не вторым? Потому что есть Илларион Константинович — старший из сыновей патриарха и наиболее одаренный в плане боевых искусств. Потенциальный хранитель Источника. Магистр, претендующий в будущем на ранг Архимага. Законы крови неумолимы — лидером становится сильнейший в роду. Ну, тот, кто станет сильнейшим после смерти деда, которого нынче не переплюнуть.

Думаю, в пижаме я представлял жалкое зрелище, но Виктор Друцкий и бровью не повел. Напротив, приветливо помахал мне рукой и улыбнулся.

Слегка кланяюсь в ответ.

Виктор Константинович — русоволосый мужчина двадцати восьми лет. Среднего роста. Всегда идеально выбрит, моду на бороды и усы презирает. Волосы темно-русые, неизменно зачесанные назад.