Корректировщик (бояръаниме)

Вы еще слишком слабы. Я распоряжусь, чтобы поднос с едой принесли в палату. И, пожалуй, сброшу вам расписание приемов пищи, процедур и обходов. Пригодится.

Справа раздался мелодичный звонок.

Я скосил глаза на приземистую деревянную тумбу и обнаружил там собственный смарт-браслет. Экран засветился, в центре вспыхнуло изображение запечатанного конверта. Вспыхнуло и погасло.

— Готово.

— Спасибо, — я потянулся к браслету. Для этого пришлось слегка напрячься. Игорь Степанович наблюдал за моими телодвижениями с профессиональным интересом.

— У вас есть беспроводная Паутина?

— Ваша палата оборудована точкой доступа.

— Что ж, не смею вас больше задерживать, — я слабо улыбнулся на прощанье.

Доктор раскланялся со мной, пожелал скорейшего выздоровления и скрылся за бесшумной дверью. Просто сегмент стены на сервоприводах. Сильно. Новый мир успел произвести на меня неизгладимое впечатление...

Впрочем, самое приятное ожидало впереди.

Через сорок минут секция двери мягко отъехала в сторону, пропуская в палату медсестру.

Знаете, в моем мире есть категория фильмов «18+», в которых такие вот самочки в коротеньких халатиках совращают пациентов и занимаются всяким непотребством прямо на каталках или под капельницами. Я бы сотворил с такой сотрудницей любое непотребство. Прелести девушки, вкатившей поднос с яствами на миниатюрной тележке, с трудом втискивались в объятия хлопчатобумажной ткани. Халатик был сравнительно длинным, чуть ниже колен, вот только очертаний бедер и упругой попки он скрыть не мог.

Поднос, как вы понимаете, был оснащен специальными ножками — его можно было ставить на кровать. Когда медсестра склонилась надо мной, вырез продемонстрировал такое, что я думать забыл про еду.

Кристина — вот как ее звали.

Странно, что я вообще обратил внимание на бейдж.

— Приятного аппетита, Ваше Сиятельство.

Она не спешила выпрямляться. Апофеозом стало нежное прикосновение руки к одеялу — якобы сбившемуся. В опасной близости от сами знаете чего.

Здорово быть аристократом.

Знатью с кучей богатых родственников, связями и вековой родословной.

Меня уже хотят.

Просто потому, что я — Друцкий.

Глава 2

Воспоминания семнадцатилетнего парнишки, в теле которого я оказался, буквально погребли мой разум под лавиной образов. Шквал информации, переживаний, страхов и планов на будущее. Я не знал, что со всем этим делать. Юношеская влюбленность, конфликты внутри рода. Опасность из прошлого...

Голова идет кругом.