Проклятая кровь

— С чего это? — я удивлённо вздёрнул бровями и позволил себе усмехнуться. — Нет. Я вполне себе живой вроде.

Она нахмурилась, прищурилась, стараясь ко мне приглядеться. Наконец, закончив с изучением, выдала свой вердикт:

— Не верю! Докажи!

Теперь настала моя очередь впадать в ступор. Совсем не такого я ожидал от своей двоюродной сестрёнки, чудом свалившейся мне на голову. Рассчитывал, как минимум, на крепкие объятия, тёплые слова и радость долгожданной встречи.

Впрочем, она, скорее всего, слышала, что я погиб или что-то в таком роде.

Ну, раз она требует доказательств, сейчас получит.

Я встал с кресла. Сестра дёрнулась и закинула ноги наверх в попытке сжаться в комочек. Узнаю Гелю. Она всегда так делала, когда чего-то боялась. С детства у неё такая привычка.

Ещё она любит закрывать глаза и уши, чтобы совсем ничего не видеть и не слышать, если перед ней что-то крайне пугающее.

Плохая привычка очень. Я бы сказал - небезопасная. Ведь что с ней может случиться, пока она «прячется»? Да что угодно. Но такая вот она.

И рад я её видеть любую, несмотря ни на что.

Я сделал два шага вперёд:

— Дай свою руку, — протянул свою, ладонью наверх. — Если я призрак, то ты не сможешь до меня дотронуться. Верно говорю?

Она замешкалась, попыталась закрыть свои уши, но сдержалась и нехотя протянула руку.

Женское любопытство победило.

Когда её рука коснулась моей, глаза расширились от удивления, она подняла их на меня и… заплакала.

— Братец! — соскочив с кресла, она прыгнула на меня, крепко обнимая и вытирая об меня сопли, слёзы и громко пискляво добавляя.

— Я так рада! Так рада, что ты живой!.. По новостям говорили, что весь наш род уничтожен! Кого убили, кто сам умер, а ты вообще пропал! Я уже думала, что никого не найду, не встречу!..

— Тише-тише, — я погладил её по голове, а сам с трудом сдержал улыбку. — Всё хорошо, я здесь, с тобой.

— Братец… — она заметно успокоилась, но ещё минуты две плакала мне в плечо.

Наконец, вылив все накопившиеся слёзы на меня, она отпрянула и быстро вытерла лицо руками.

Недолго думая, предложил ей горячего чаю. Моей родной сестре это всегда помогало справляться с грустью и печалью.

Геля согласилась, и мы плавно переместились за стол, обсуждать наболевшее и накопившееся.

Из её продолжительного рассказа я узнал, что с её семьёй произошло тоже самое. Их убили, но не по одному, а всех разом. Церемониться не стали, просто ворвались в дом и всех расстреляли.

Её семья, по отцовской линии от младшего брата, живёт в Питере. Точнее, жила.