Тайный наследник (Балканский гамбит)

Возможно, вы когда-нибудь вспомните, что династия Карагеоргиевичей пришла к власти после убийства королевской семьи Обреновичей. Это был самый настоящий кровавый переворот в начале прошлого века. Обреновичи занимали проавстрийскую позицию, Карагеоргиевичи — пророссийскую. После смены власти одному из ваших предков удалось уцелеть, и он бежал сначала в Астро-Венгрию, затем в Царство Польское. Там сменил громкую фамилию и дал начало роду Бринских.

Я удивленно приподнял брови.

— И вы ничего не сделали, когда королевскую семью просто вырезали?

— Сделали, — сказала цесаревна.

Ага. Но продолжили с ними сотрудничать. Политика-с...

— А сейчас, когда текущая династия решила повернуться лицом к австриякам, вы, значит, решили достать Бринских из старого чулана? — усмехнулся я.

Ирина Алексеевна пропустила мою издевку мимо ушей. Какая воспитанная, хоть и молодая.

— Внутри самой Сербии назревает кризис, ваше сиятельство. И кризис весьма опасный — от этого пожара могут полыхнуть все Балканы. Карагеоргиевичи политически устраивают не всех. Есть знать, которая желает видеть на троне черногорских Петровичей, поскольку они давно были связаны с вашим родом и имеют влияние в обществе. Есть древние княжеские династии, еще со средних веков — и они тоже могут претендовать на власть. Есть даже кандидаты от Османов, которые стремятся вернуть влияние на Балканах.

— Меня, — я понимающе улыбнулся.

Мне показалось, что глаза цесаревны вспыхнули.

— Вас, Николай Петрович. Никто из них пока не знает, что здесь, в России, остался последний Обренович, который может спутать карты всем.

Глава 5

Ну ни хрена ж себе!

Я озадаченно почесал все еще плохо слушавшейся пятерней затылок. Карта Балкан и голос цесаревны словно загипнотизировали меня. Вот, значит, ради чего были все эти усилия. Они хотели возвести на сербский трон своего ставленника.

Снова политика, чтоб ее.

— Давайте начистоту, — строго сказал я, оглядев по очереди Матильду, Вальтера и цесаревну. — Чем вас не устраивал предыдущий носитель этого тела, раз вы провели какой-то архисложный ритуал и вытащили меня? Между прочим, из-за вашего колдунства дома погиб не только я.

— Это не так, — покачала головой Ирина Алексеевна. — Вам было суждено погибнуть именно в тот день и час. К вашей смерти мы руки не прикладывали.