Бессмертные

- Мне показалось, что это пить невозможно, а так вкус должен стать кардинально другим. Вот попробуй.

- Твоя правда, совсем другой. – Проговорил я, еле сдерживая рвотные позывы. Ароматизатор только ухудшил вкус зелья, потому как к тому гадкому вкусу эликсира напоминающего что-то среднее между навозом и картофельными очистками я, по крайней мере, привык. А вот гнилой картофель со вкусом вишнёвых косточек, пробрал меня до самой глубины души.

Не отвлекая больше Мишу от его ученых изысканий, я поднялся к себе в комнату.

Действовать эликсиры должны были начать через час, поэтому у меня было время немного подготовиться.

Из оружия я решил взять в довесок к ножам и пистолету, кастет и мачете. Мало ли, с кем буду иметь дело. Больше всего в этой истории меня бесило, что убили именно Казимира. Это была последняя ниточка из мне доступных, которая открыто вела к Новгородскому князю, и который фактически не являлась членом его семьи. В совпадения я не верил. Но кто мог зачищаться и для чего?

Я открыл инфопланешет и пробежался по поисковику, стараясь вводить запросы наиболее точно.

Спустя минут двадцать, я откинулся на спинку стула и глубоко задумался.

Картинка складывалась такая, что Барановский действительно мог умереть смертью храбрых в том небольшом парке, не имея ко мне никакого отношения. На протяжении последних пяти лет, каждый год всегда происходили подобные убийства. И в черте города их всегда было ровно три. Ни больше, ни меньше. Кроме того, они все происходили в лесопарковой зоне, лишенной камер и многочисленных прохожих.

Официально никто не мог ничего пояснить. Парк прочесывали чуть ли не через мелкий гребень. Но ответов не было, желе из людей продолжало появляться ровно три раза в год. Эта цикличность просто кричала мне, что дело относится к твари. Так, посмотрим. В этом году Барановский был второй жертвой. Первым был посол Московского княжества два дня назад. А жертв-то наша тварь выбирает высокопоставленных. Странно, что они оказывались там одни, без охраны и другого сопровождения.

Когда я услышал шорох, создаваемый мышами, сооружавшие гнездо в стене, я понял, что зелье, усиливающее слух, начинает работать. Ну а раз одно начинает, то и другие тоже с секунды на секунду проявят свое действие. Можно выходить.

Пройдя уже мимо даже не удивившегося охранника, я забрал свои свеженькие документы, которые, как оказалось, делались каждый раз новые в зависимости от цели визитов и ограничений.