Воздушные фрегаты-3. Капитан

Ее Трубецкой бастион еще с конца девятнадцатого века стал местом пребывания для особой категории заключенных – политических и государственных преступников.

И это зрелище напомнило Оссолинской о той угрозе, которая нависла над ее бесценным внуком и наследником – Анджеем. И все же она умела скрывать свои мысли и чувства, как и полагается знатной особе, и почти ничем не выдала себя, но от взгляда внимательно наблюдавшего за ней англичанина все же не укрылась легкая, едва заметная тень, пробежавшая по ее лицу.

- Итак, я внимательно слушаю вас, сэр Уильям.

- Да, графиня. Есть одно небольшое дело, в котором вы могли бы быть полезны мне и Британии.

- Слушаю вас.

- Позвольте мне говорить откровенно. Для нас очень кстати, что вы решили посетить русскую столицу именно сейчас. У вас большие связи среди вельмож высшего света Петербурга, вы вхожи в самые блестящие дома. Есть много знатных и влиятельных особ, которые прислушиваются к вашему мнению…

- Вы правы, – без ложной скромности ответила Оссолинская, – но вы так и не сказали, что вас интересует? Впрочем, позвольте, я угадаю, вы желаете знать, что в высшем свете думают о заключении мира с Японией?

- Не совсем.

Настроения в русском обществе мне в общих чертах известны. Однако интересы Британской короны требуют, чтобы этот мир был заключен как можно скорее и с наименьшими потерями для наших друзей. И если бы удалось убедить правительство царя Александра в целесообразности такого шага, благодарность его величества не будет знать границ!

- Дела микадо так плохи? – с присущей ей грубоватой прямотой бросила графиня.

Она иногда любила подобного рода демарши, обескураживающие собеседника и усиливающие ее позиции в переговорах, особенно, когда дело касалось денег. А то, что задачка явно сулит хорошее вознаграждение, она уже не сомневалась.

- Я бы иначе рассматривал эту ситуацию, – постарался уклониться от четкого ответа Сидс. – И в сущности, это не имеет прямого касательства относительно наших дел.

- Что ж, если его королевское величество желает примерить на себя тогу миротворца, я всем сердцем поддерживаю это благородное стремление! Вы правы, я в самом скором времени встречусь со многими важными людьми и вполне могу узнать их мнение, а также цену, за которую они согласятся его изменить.

- Я рад, что мы поняли друг друга, – невозмутимо кивнул посол.

- А если кто-то сразу встанет на нашу сторону?

- Тем лучше.