Воздушные фрегаты-3. Капитан

Впрочем, сие не имеет отношения к делу, хотя, разумеется, порядок прежде всего… Так вот, если он решит передать корабль казне, вы никак не сможете этому воспрепятствовать.

- А если нет?

- Глупый вопрос, юноша, – в голосе чиновника появилось нечто вроде злорадства. – Неужели вы всерьез полагаете, что с таким трудом вернувшийся на службу Зимин пожертвует своей карьерой ради вашей блажи?

- Сами знаете, молодой человек, – продолжил Шабалин, превратно истолковав молчание посетителя. – Ваш опекун ради такой будущности свой корабль не пожалел, а уж о вашем и говорить нечего.

И если уж на то пошло, так и вам было бы не зазорно последовать его примеру. Свидетельство пилота у вас есть, боевой опыт тоже наличествует. Опять же дар имеется, да и фамилия не из последних. Поступайте в корпус, окончите с Божьей помощью, получите мичманские эполеты, да и служите с честью государю-императору, – и он ненавязчиво качнул головой в сторону висевшего на стене царского портрета.

- Благодарю за совет! – желчно усмехнулся Март, – но нет!

- Что, нет? – удивился помощник столоначальника.

– Не желаете послужить отечеству?

- А нельзя ли мне ознакомиться с текстом приказа?

- Отчего же нельзя? – пожал плечами Шабалин. – Подайте прошение в канцелярию, вам охотно сделают копию. А подлинник, простите, не положено-с!

- А…

- Это дальше по коридору и стоить будет недорого. На обычной бумаге гривенник, а вот если пожелаете на гербовой, тут уж не меньше рубля!

Начавший откровенно издеваться чиновник явно перегнул палку, и это его и погубило.

Продолжая сохранять внешнюю невозмутимость, Март легко скользнул в «сферу» и, припомнив данные доктором Крыловым уроки анатомии, произвел кое-какие манипуляции.

- Честь имею! – кивнул ему Колычев на прощание и вышел вон.

Примерно через минуту из кабинета бочком выскользнул Шабалин и, быстро-быстро перебирая скрюченными ногами, поковылял в сторону уборной. Мстительно отметив, что времени закрыть дверь у зарвавшегося бюрократа не оставалось, Март проник внутрь и принялся изучать разложенные на столе документы.

Приказ нашелся сразу и, к счастью, на нем не оказалось визы или резолюции высших чинов флота, вроде Колчака или начальника Главного штаба Кедрова. Подписал его начальник мобилизационного управления генерал Мазуркевич.

«Что-то у меня с моботделами не клеится. На Дальнем Востоке и вовсе предатель затесался, здесь какие-то активисты и самодуры. Ну, ничего, разберемся».