Маски сброшены

Потом вернулся дядя, и общение наше прекратилось, и вот он позвонил сам... Поинтересовался, как у меня дела, спросил, не нужна ли мне какая-нибудь помощь, и мимоходом обмолвился о возвращении молодых. Рассказал, что сейчас у него много свободного времени, и он не против поработать на меня, если у меня есть такое желание.

Я поблагодарил его за беспокойство, и сказал, что обязательно подумаю об этом. Интересно, это дядя пытается подвести ко мне кого-то из своих людей, или он действительно хочет работать со мной? Но пока я не стал дальше об этом думать, созвонился с Мэри и предложил встретиться и поговорить.

Уже тогда по телефону я понял, что согласилась на встречу она крайне не охотно.

На следующий день мы встретились в небольшом кофе под присмотром её охраны, и уже по одному её виду мне всё стало ясно, но я всё же решил расставить все точки над «И».

— Просто потому, что я... Что я больше не люблю тебя. Я люблю своего мужа.

Прости... — выдохнула она, всё также не поднимая на меня глаз. Я молча встал и вышел из кафе. Говорить с ней мне больше было не о чем. Хотелось рвать и метать и кого-нибудь убить, но я сдерживал себя, не давая выходу ярости. Я и так в последнее время слишком часто иду на поводу у эмоций, что вообще-то для меня было вовсе не характерным. Было больно... Очень... Я даже и не представлял себе, насколько, как оказалось, сильно я её любил. И вот сейчас эта любовь сгорала в душе в пламе ярости, и я всеми силами старался, чтобы она не переродилась в ненависть. ..

Что ж... Так бывает. Любовь, к сожалению, не вечна. Проходит. Потом приходит новая. Ну, или не приходит, что тоже бывает довольно часто. Это жизнь, — успокаивал я сам себя, но получалось плохо. В глубине души появилось чувство, что меня в очередной раз предали, и оно жгло меня изнутри сильнее адского пламени...

***

Ярость опять накрыла меня как волной, и я выплеснул её из себя мощнейшим ударом, кажется, даже с небольшим выплеском Силы.

Груша взлетела к самому потолку, а затем вернулась обратно, чуть не сбив меня с ног.

— Братик, привет! — донёсся до меня вдруг звонкий голос сестры, и через секунду на моей шее повисла радостная Наташа. Из-за её спины, у двери, мне подмигнул довольный Псих и тут же ушёл, не мешая нам. Теперь ясно, что у него за дело было. Видимо, за ней ездил.