Гром гремит дважды. Турнир

Кастетов и ножей я пока не разглядел, но подозревал, что без этого добра не обойдётся.

— Что ж ты им такого сделал-то, а? — Я повернулся. — Бежим, чего застыл!

Джиан очнулся. Мы побежали обратно, но стоило обогнуть далеко выставленный зад автобуса, как снова будто споткнулись.

— Конец вам, пацаны, — просипел, поднимаясь, Вэньмин. Он морщился, потирая затылок, но в себя пришёл довольно быстро. Крепкий засранец.

Конечно, не Вэньмин заставил нас остановиться. Просто с другого конца проезда ехал старенький раздолбанный джип, из окон которого торчали, размахивая битами, ещё трое.

Джип остановился. Все, включая водителя, высыпали наружу, оказалось, что их пятеро. Оставив двери открытыми, припустили к нам.

— Моя машина! — завопил кто-то.

Я повернулся.

Была ещё возможность скользнуть между машинами. И там стоял, держа в вытянутой руке ключи, мужчина лет сорока. Лицо его выражало полнейшее недоумение — что же он такого совершил в своей законопослушной жизни, чтобы заслужить неподвижное, окровавленное тело на капоте машины.

Судьба тут же продемонстрировала мужику, что она с ним ещё не закончила. Парень с битой выскочил откуда ни возьмись и врезался в него плечом. Мужик, вскрикнув, упал, а парень ловко, как обезьяна, вскочил сперва на багажник его машины, оттуда — на крышу и там оглушительно свистнул.

— Пацаны, он тут!

— Спину прикрывай, — только и успел я сказать Джиану, прежде чем на нас со всех сторон обрушилась лавина.

Глава 4. Как в дурацком кино

Всё-таки, наверное, есть такое понятие, как судьба.

Ну вот суждено мне быть забитым до смерти. Раз, в прошлой жизни, выкрутился, выжил каким-то образом, может, благодаря этому жёлтому дракону. Попал в Цюань — и посыпалось. Драки, одна за другой, одна другой жёстче. А ведь старался вести себя тихо. Одна беда — кланяться низко не умею и задницы целовать, вот и приходится по старинке, расчищать себе дорогу кулаками.

Я пробился практически на самый верх Цюаня, влился в самую крутую банду, сделал своих врагов своими — ну, пусть не друзьями, но вынужденными союзниками, что ли.

Казалось бы, можно немного расслабиться, выдохнуть.

Угу, выдохнул. Стою на парковке, спиной к спине с Джианом, которого сам бы придушил с великой радостью, а нас окружают. Сколько? Двадцать точно, плюс, вон, ещё между машин бегут, обложили со всех сторон. Тридцать ублюдков, не меньше. Вэньмин поднялся, тот, с кастетом, тоже начал дёргаться — эх, мало я его приложил. Надо было вообще мозги выбить, всё равно они ему не нужны.