Гром гремит дважды. Турнир

Вступит в бой по-серьёзному — отберёт и то и другое, а дальше у кого оружие — тот и прав. Двадцать подготовленных борцов против полувзвода полусонных мордоворотов — результат, как по мне, предсказуем.

Но ни один из борцов не попытался сопротивляться.

Поначалу, на горячке, полицейским прилетало. Некоторым — довольно жёстко, я видел, как коп, которого швырнул через себя Бохай, шмякнулся затылком о ближайшую машину. А сразу после этого увидел, как Бохай, оглянувшись по сторонам и, видимо, опомнившись, подскочил к полицейскому.

Помог подняться и подставил руки под браслеты. Так же, посмотрев на вожака, поступали и другие парни. Молча, угрюмо позволяли нацепить на себя наручники.

В отличие от «уличных» — те дрались не на жизнь, а на смерть. Я видел, как Вэньмин, почти придавленный к асфальту, ухитрился вывернуться из-под полицейского и ухватить его зубами за щёку. Услышал вопль и увидел, как полицейский схватился за окровавленное лицо, а Вэньмин, отоварив его трофейной дубинкой, понёсся прочь.

Полицейский выхватил из кобуры пистолет и выстрелил.

Попал. Вэньмин рухнул замертво.

Местные копы были вооружены не травматами. И на поражение они стреляли, не задумываясь. Впрочем, как я успел заметить, только по разбегающимся бродягам — видимо, получили приказ борцов не трогать.

А борцы... Их останавливал не страх перед выстрелами. И не он заставлял сдаваться. Каждый из парней, когда жил на улице, прошёл не одну такую облаву. И если бы в прежней жизни борцы обладали теми навыками, которые обрели сейчас благодаря Вейжу — я не сомневался, что копам не поздоровилось бы.

Но парни слишком хорошо представляли себе, что будет «после» — если кому-то из них удастся, оказав сопротивление, бежать. Ползающего на коленях перед директором, готового слизывать с земли крошево таблеток Жонга видел каждый. И каждый понимал, что в случае побега его ждёт та же незавидная участь. Школа Цюань давала парням хоть какой-то шанс выбиться в люди. На улице у них шансов не было.

Облава прошла стремительно и закончилась быстро.

Троих «уличных» пристрелили, нескольким удалось смыться. Остальных, вместе с нами, раскидали по спецмашинам и поволокли в местный обезьянник.

***

Изолятор временного содержания в этом мире до боли напомнил школьную «консерваторию». Те же разделённые решётками, лишённые окон камеры — разве что места побольше. И подстилок нет, даже тех убогих, что были в карцере. Сидеть полагалось прямо на полу.

На входе в камеры нас рассортировали.