Гром гремит дважды. Турнир

— А чего они так беспокоятся? — спросил я. — Вроде не в первый раз. Почти все уже ездили.

— Говорят, в этот раз правила турнира будут более жёсткими, — всё так же безмятежно сказал Вейж. — После смерти главы клана пришлось многое пересмотреть, так всегда бывает при смене власти. Рентабельность школ оказалась под вопросом. И если производство вполне себя оправдывает, приносит пусть небольшую, но прибыль, то содержание двух десятков борцов в каждой из школ — выгода сомнительная. Борцов нужно хорошо кормить. Тренировать.

Борцов нужно развлекать, чтобы они чувствовали своё отличие от других. И вместе с тем борцы — всё-таки нужны. Чтобы пополнять ряды солдат клана. Чтобы показывать остальным ученикам, что есть, куда стремиться.

— Ясно, — зевнул я. — Поставить лимит в десять борцов — и сократить расходы вдвое, а пройдут всё равно те же трое сильнейших. Простая логика. А тех, что есть, можно по максимуму перебить на турнире, чтобы не возвращались на дармовщинку. Выживших, но бесполезных, скорее всего, досрочно сошлют в рудники, или куда там.

..

— Ты зеваешь, говоря об этом. А остальные — бледнеют, — с улыбкой заметил Вейж. — Они поедут с мыслью: «Повезёт мне, или нет?», а ты — с мыслью: «Наконец-то можно забыть о бассейне и ночных тренировках!».

— А существует вообще хоть какой-нибудь кусок дерьма, из которого вы не вытащили бы этакой конфуцианской премудрости? — не выдержал я.

Вейж добросовестно подумал и сказал:

— Нет.

Ну, кто бы сомневался. Я попрощался с учителем и отправился спать.

Утром подскочил, как будто над ухом из пистолета выстрелили. Сердце бешено колотилось. Опоздал!

Стоп. Куда опоздал?..

— Подъём! — раздался снаружи ленивый покрик воспитателя, и в дверь ударила дубинка. — Продирайте свои зенки, шакалье отродье!

— И тебя с добрым утром, сын осла и проститутки, — буркнул Ронг, нехотя отрывая голову от подушки.

Я перевёл дыхание. Никуда я не опоздал, просто нервы вообще расслабляться разучились. Семь часов, всё в порядке. Даже больше, чем в порядке — сегодня, наконец, праздник.

Нет работы! И, как будто этого было мало, сегодня мы, к тому же, покинем чёртов Цюань! Как минимум неделю я не буду видеть потную жирную морду Шена. И блеск очков директора Гана минует меня. Вот только рожи борцов придётся терпеть, несмотря ни на что. Ну, что тут скажешь? Такова жизнь. С чем-то приходится мириться.

Работы в праздничный день отменялись, однако в остальном график оставался прежним. Построение, осмотр, молитва, завтрак.