Войд. Том 1. Начало

Вот с ним точно нужно сражаться либо такому же тяжеловесу, каких у нас нет, либо ловкачу, который мог бы спокойно уклоняться от всех атак этого гиганта, он ведь медленный и неповоротливый.

Во втором заходе на ногах остались трое из четверых, значит, пятеро уже прошли последнее испытание, а трое нет. Это хорошо, наверное. Вот только после двух раундов боёв, объявили десятиминутный перерыв, чтобы наши соперники отдохнули и подкрепились чем-то.

Ко всем четверым подошли служащие Академии, дали им какие-то то ли стержни, то ли шприцы, которые эта четверка приложила каждый к своему амулету… И тут усталость с них просто как рукой сняло.

Я даже не понял, почему и как это произошло.

— Вы это видели? — подал голос где-то справа Альф. — Они на наркотиках, я вам точно говорю! Это нечестно!

— А как бы они тогда со всеми сражаться могли бы, а? — спросил у него кто-то. — Не гони пургу, им можно, им и так столько морд за сегодня бить придётся… Я бы точно устал уже на втором.

— Да ты бы и на первом сдох, жиробас, — заржал кто-то незнакомый мне, а следом послышался хлёсткий удар.

Видимо «жиробас» не выдержал и кому-то отвесил подзатыльник или пощёчину. — Ах, ты ж урод!

А дальше в той какофонии звуков я ничего не смог разобрать. Они начали орать друг на друга, кто-то им поддакивать, кто-то подсвистывать, в общем, как стая собак, которые не могут поделить один кусок мяса. Пускай грызутся, сами себе дорогу в Академию перекрывают.

— Тоже неинтересно, что там у них происходит? — подошёл ко мне тот самый парниша, который был ранен и которого я дотянул до финиша.

— Меня, кстати, Макс зовут, забыл представиться. Но, как мне раньше сказали, имена скоро для нас ничего не будут значить. А ещё… Огромное спасибо!

— Для меня будут имена значить и после, — пожал я плечами и даже поднялся, чтобы пожать руку простолюдину. — Тиберий Грейвойд. Аристократ, как можно понять.

— Да про тебя уже тут все знают, — усмехнулся Макс, почесав затылок. — Даже удивительно, что ты с нами тут общаешься, обычно аристократы носом вертят от простолюдинов.

— Ты из города? — вздохнул я, плюхаясь обратно на диван. — Просто речь у тебя четкая, внятная… И слышно, что ты кто-то из наших, наша речь, наш говор.

— Да, — улыбнулся тот, — я городской, из столицы вашего клана. Все слышали про вас и про вашу планету, то, что на ней процветание, невзирая на её аграрный характер и минимум городов. У вас была утопия. И всё это ваша заслуга и вашего отца.

— Спасибо, — улыбнулся я.