Позор континента

И свою очень боеспособную дружину я спрятал в карельских лесах, симулировав битву, в которой все якобы погибли. Если что - будет очень сильный козырь. Сильный и неожиданный.

Да один мятеж чего стоит! Первый за пару столетий во всей Европе. Но по нашим следам пошли ещё сотни владетелей по всему континенту, объявляя о неповиновении монархам. В Европе разгорался бардак. Очень ценный бардак, который не позволит вспыхнуть всеобщим войнам, которые могут слиться аж в континентальную бойню. И пусть она грозила охватить только Европу, но и это могло бы стать полнейшей катастрофой.

Я прошел в свою каюту, тесный пенал габаритами метр на два, с откидной кроватью и столиком. Ива уже пробралась сюда по вентиляции и сидела на узком подоконнике иллюминатора, обмахиваясь веером, сделанным на скорую руку из обрывка бумажки.

- Я уже не могу! - первым делом заверещала она, как только я запер дверь. - Тут такая жарища! А в вентиляции так вообще баня! Сухая карельская баня!

- Потерпи ещё немного, - успокаивающе произнес я.

- Через пятнадцать минут уже прибудем в Лондон, и больше жары не будет.

Впрочем, меня жара все время, что мы летим, тоже уже достала. Чертов главный инквизитор всё никак не может забыть климат своей жаркой Италии, добавим сюда старые кости и привычку почти не двигаться. Вот и поддерживается во всём пассажирском салоне дирижабля одуряющая жара, а об индивидуальном отоплении и кондиционировании инженеры, строившие эту махину, как-то не подумали.

- Я не дождусь! - капризно ответила Ива.

- Открой иллюминатор! Можешь ты учесть моё мнение хотя бы в такой малости?

Я вздохнул, понимая причину очень паршивого настроения этой малявки. Ива очень боится, в первую очередь за меня, потому что операция на территории врага очень опасна. Все мои жёны резко выступали против неё, мотивируя тем, что вдовами стать не стремятся. И Ива прониклась общим настроением, хотя и сама считала, что совать голову в пасть демонам очень неразумно.

А я... Я единолично принял решение всё-таки рискнуть.

Рискнуть в надежде одним ударом покончить с тварями из какого-то другого измерения, которые уже тысячу лет паразитируют на людях этого мира, который я иногда называю магической Землёй в противовес Земле обычной, где я прожил первые семьдесят лет своей жизни.

Вдобавок надо учитывать и то, что моя дриада сейчас очень маленькая, и ей трудно противостоять что морозу, что жаре. Нет, ничего с магическим созданием не случится, но дискомфорт она ощущает очень сильно.