Из рода Бурого Медведя. Том 4

Никто не знал почему она исчезла, и куда делись люди… но именно эта зацепка как я понял из разговоров и позволила найти Переход. У них было описание Перехода…

Снег там ещё не стаял, но стал не таким глубоким, образовав от потепления днём твёрдую корку и что самое главное нога в нём не сильно проваливалась. Вся трудность была ещё и в том, что на себе мы несли не только провиант, но и пулемёты с автоматам с гранатомётами, а так же много боеприпасов к ним...

Я часто нёс с кем-то вдвоём дополнительную нагрузку, мы делали это по очереди.

Да, помимо тяжёлого рюкзака за спиной, ещё тащили ящики с боеприпасами. И хотя этот ящик крепился специальными верёвками-ремнями через плечо, тащить было всё это добро тяжеловато, даже для меня. Это только кажется что сто пятьдесят ящиков боеприпасов весом от сорока до шестидесяти килограмм, немного. На самом деле всё это было трудно, большая часть буквально обливались потом, продираясь сквозь практически ещё зимний лес, со всеми его торчащими ветками, поваленными деревьями под ногами и снегом.

Не нужно и говорить что полторы тысячи человек проторило там такую тропинку что не найти дорогу к Переходу было бы очень трудно. Но с другой стороны, я записывал путь на «инфо». За день мы делали примерно по двадцать – двадцать пять километров, несмотря на все трудности и отягощения…

И на третий день вечером дошли до цели…

Глава 76. Кадетский(7) – за Переходом

Даже факт гибели почти девятисот человек и неудачная операция по ликвидации волчьего клана не смогли испортить Кадетскому настроение.

Впереди маячил Переход. Разовые компенсации за мёртвых бойцов он выплатил, а пособия будут платится до тех пор пока младшему из детей погибших не стукнет двадцать один год. Пособия это начиная с тридцати процентов до семидесяти от последней годовой зарплаты боевика. В зависимости от количества детей.

Трест легко бы потянул десять тысяч потерь, не то что тысячу! Хотя на тресте и так уже висело больше пяти сотен погибших в бою. Но сейчас он расширялся гораздо быстрей, чем шли потери.

С экспедиции вернулся Прохор и сказал что нашёл точное местоположение Перехода и лично побывал по ту сторону. Наконец Кадетский сел в личное авто и поехал до Екатеринбурга. Он ехал, а за окном его слепил не до конца растаявший снег и солнце… он ехал и не верил что едет к Переходу. Рядом сидел Прохор Замятин, его первый помощник. Он спал прислонившись головой к окну.

Пошёл дождь. Затем снег. Затем опять дождь. А Кадетский всё не верил.