Охотник. Том 2

– С улыбкой подмигнула мне барменша, наливая мне виски, после чего я почувствовал чуть уловимый запах дыма, что пошел от Софьи. – Только попросите, исполню в лучшем виде.

- Бутылку виски и стакан. - Софья повернулась к девушке, не позволяя ей больше вымолвить ни слова. – Я ему без вас исполню все, что нужно. Можете иногда подходить лед подкладывать.

- Звучит заманчиво. – Кивнул я Софье. – Ты хотела поговорить? Можешь начинать, я внимательно слушаю.

Воцарилось молчание, которое нарушалось лишь бьющей по ушам музыкой.

Бросив взгляд в сторону столика, я отметил, что ничего за это время не произошло, и княжич находится все в той же компании, на том же месте. Разве что, девушек у них за столом прибавилось, но это как раз таки было нормально.

- Зачем ты так со мной? – Неожиданно раздался громкий голос Софьи рядом с моим ухом. – Я не нахожу себе места после той ночи, и все задаюсь вопросом: в чем причина? Я чувствовала, что ты хотел продолжения, но по какой-то причине выгнал меня. Я не спала, почти не ела, старясь решить для себя этот вопрос.

Естественно, когда я увидела у вас эти дурацкие шприцы и мне подруга сказала, что это наркотики – я поверила.

- А что думаешь теперь? – Уточнил я, слушая пульс окружающих и отмечая, что практически у всех он выше, чем должен быть.

- Что ты ей понравился и она захотела меня подставить. – Вздохнула Софья, залпом допив свой стакан. - А я малолетняя дура, которая будет безоговорочно доверять своему спасителю во всем. Если, конечно, ты когда-нибудь простишь меня.

Внезапно я почувствовал, как волосы на спине встают дыбом. Скоро что-то случится, теперь я уже был в этом уверен на все сто процентов. Знать бы еще, что за опасность крадется ко мне.

- Софья, - начал я, но заметив несколько направленных на нас взглядов, притянул совершенно несопротивляющуюся девчонку ближе, усаживая к себе на колени.

Почувствовав, что интерес к нам после этого пропал, я сделал вывод, что среди одурманенного общества выбрал единственно верное решение.

Она обняла меня и уткнулась в шею ровно в тот момент, когда раздался оглушающий гулкий звук колокола, сменившейся полной тишиной. Музыка замолчала, а мельтешение цветов прекратилось, погрузив зал в полную темноту. Софья попыталась встать, но я не дал ей этого сделать, насильно усаживая ее обратно к себе на колени. Подул легкий ветерок, несущий с собой явственный запах тлена и разложения, который, судя по некоторым перешептываниями, почувствовал не только я.