Ниочема

Под серым ноябрьским небом среди пыли и грязного снега на пурпурном бархате лежали три совершенной красоты вещи: императорский скипетр, малая императорская корона и перстень.

Эксперты по очереди изучили каждый предмет.

— Они настоящие! — воскликнул один. — Настоящие! Сегодня Империя обрела утерянные драгоценности!

Второй же просто бережно прикасался к лежащим в ларце реликвиям кончиками пальцев и по его морщинистым щекам текли слёзы радости.

А полицейские сирены завывали уже где-то совсем рядом.

Рабочий кабинет мэра Санкт-Петербурга

О том, что в его городе произошло нечто из ряда вон выходящее, Алексей Орлов узнал от секретаря. Тот связался с шефом по селектору и осторожно подсказал: Алексей Евгеньевич, включите, пожалуйста, местные новости. Вам нужно непременно это увидеть.

Телевизор в кабинете Орлова, конечно, был. Но включался редко, лишь когда случалась особая в нем нужда. Вот, например, как сейчас.

Камера показывала какие-то развалины где-то на задворках, смутно узнаваемую молоденькую журналистку и этого мерзавца Песцова.

Парень выглядел откровенно плохо: грязный, в каком-то рванье, с исцарапанным лицом. Рядом с ним стояли два незнакомых старика, а перед ними — ларец. И в этом ларце…

Орлов сразу опознал утраченные регалии императорского дома. Нажал кнопку селектора:

— Машину к подъезду!

Поднялся и, на ходу надевая пальто направился к выходу. Телевизор остался у него за спиной, поэтому он не увидел, как люди в форме имперской безопасности извлекают из-под обломков сильно раненых, но вполне живых людей в тактической броне без опознавательных знаков.

Их тут же освобождали от амуниции и в сопровождении врачей и охраны грузили в специально подогнанные броневики.

Впрочем, он всё равно опоздал. К тому времени, как лимузин мэра добрался до нужного места, Ларец с сокровищем был аккуратно погружен в очередной броневик вместе с Песцовым и экспертами, и кортеж имперской безопасности, оглушая прохожих воем сирен, умчался в императорский дворец.

Глава 16

В подвалах службы имперской безопасности

Безопасники мучали Олега часа три, не меньше. Хорошо еще, лампой в глаза не светили. Он охрип от бесконечных ответов на одни и те же вопросы. Когда повторы пошли на третий круг, Песцов начал злиться. Не так, совсем не так он представлял себе итог своей хитроумной комбинации.