Бастион. Чувство ранга. Том 1

Но Глендрик, почуяв редкую возможность пошатнуть власть Маленкорха, спросил меня:

— Скажи, Гунальф Веспар, может быть ты говорил на эту тему с кем-нибудь до битвы? Обсуждал, просил совета? Ну, вспомни.

Да вам я хотел об этом рассказать, мерзавцы! Тебе и этому красноглазому! Но вот, незадача, вы продали меня, ради союза с такой же, как и вы, мерзкой бабой! Вот только вслух я этого сказать не мог. Для меня с этого судилища один выход — эшафот. И подобная речь, только бы ускорила события. Думай, Игорь, думай! Безвыходных ситуаций не бывает.

Олета! Я говорил об этом с Олетой. А жива ли она? За всем происходящим я совсем забыл о ней. И стоит ли говорить о ней поганым извергам? Но сейчас молчание — это похоронный набат, звучащий по мне.

— Я говорил об этом Олете Элив, из рода Рид, в ночь перед штурмом.

Дуэндал и Глендрик остались спокойны, Эфелита презрительно улыбнулась, непонятно чему, а брови Маленкорха взметнулись вверх. Он ведь запретил ей общаться со мной и думал, что его приказ беспрекословно выполняется.

На душе стало муторно, будто сейчас я действительно предал Олету, втравил ее в абсолютно не нужные ей проблемы. Но выхода другого у меня не было.

Глендрик кивнул:

— Да, эта эльфийка из семьи Элив славится своей правдивостью. Думаю, следует ее расспросить. Она ведь в твоей свите, Хальвин, она жива, не ранена, сможет прийти?

Маленкорх метнул на жреца испепеляющий взгляд, но тот и бровью не повел, вновь становясь похожим на кота истязающего мышь. Ему доставляло настоящее удовольствие глумиться над магом.

— Жива, — неохотно ответил Маленкорх. — Должна быть у меня дома.

Дуэндал повелел одному из стражей идти за Олетой, и мы остались ждать в тягостном молчании.

Глава 15

Первым нарушил молчание Маленкорх:

— Я уверен, эта Элив не сообщит ничего нового, поэтому требую вернуть мне право голоса и давайте уже подведем закономерный итог. Осудить меня у вас все равно не выйдет, это в праве сделать только главы Гильдий.

— Неужели ты подумал, что мы выступаем против тебя? — елейным голосом спросил Глендрик.

— Что ты хочешь узнать от моей родственницы? Предатель мог наплести ей с три короба.

— А был ли смысл Гунальфу врать ей? Я хочу услышать мнение Олеты Элив, все знают, она никогда не лжет. Я хочу во всем разобраться, чтобы тень предательства не легла на род Маев понапрасну.

При словах о предательстве он насмешливо посмотрел на Маленкорха. Тот в свою очередь улыбнувшись уголком губ, хмыкнул:

— Все знают, как ты заботишься о чести рода.