Бастион. Чувство ранга. Том 1

А также, до выяснения, я хочу отстранить Хальвина Маленкорха от принятия всех решений в Бастионе. Предательство — тяжкое обвинение.

Воцарилась тишина. Я не сомневался, откладывая суд надо мной, Глендрик вовсе не желал помочь мне, в его планы входило желание отстранить мага от власти, хотя бы на время. А там, кто знает. Вдруг, Священный Свет обратит на Маленкорха свой взгляд и одна из черных жемчужин на его шее превратится в прах. Ну и доказательства вины мага, тут Глендрик будет рыть землю носом, выискивая их.

— Я могу защищаться? — слегка ехидный голос Маленкорха нарушил тишину.

— Конечно, — ответил Дуэндал, явно размышляя над предложением Глендрика.

— Скажи мне, Олета Элив из рода Рид, — на упоминание рода маг сделал особый акцент. — Как ты считаешь, чем вызвано желание Гунальфа Веспара рассказать тебе о моем…эммм….моих намерениях?

Все четверо судей уставились на Олету, ожидая ответ. Я почувствовал — вопрос неимоверно важный. Он имеет большое значение для них. И для меня. Что она ответит? Я хотел пресечь предательство, настоящие или мнимое, и тогда, возможно, предложение Глендрика примут.

Я останусь жив, пока, а Маленкорх будет под подозрением. Или она скажет то же самое, что и мне, в ту ночь, возле лесного пруда?

Олета выпрямилась, высоко вскинула голову и произнесла:

— Я считаю, Гунальф сказал это из-за неприязни к моему господину, из-за чувства мести и желания очернить Хальвина Маленкорха в моих глазах! Но это все из-за того…

Договорить она не успела. Выкрик Маленкорха прервал ее:

— Вот истинные намерения этого предателя, наша вражда! Ненависть ко мне так его ослепила, что он не раздумывая пожертвовал множеством жизней наших бойцов.

А ты, Глендрик, можешь запытать до смерти хоть всех рабов Пелерина, но и слова не услышишь о каком-то заговоре! Верните мне право голоса и закончим этот балаган!

Олете повелели уходить. Покидая комнату, она растерянно посмотрела на меня. Эх, Оленька, твоя правдивость вполне способна привести меня на плаху, да еще с клеймом предателя. Я не злился на нее, она такая, какая есть.

Если бы только все могли так же, как Олета говорить правду. К сожалению, ложь правит здесь бал.

Дуэндал потер острый подбородок:

— Вернем право голоса Хальвину и пора закругляться.

— Я не против, — мягко отозвалась Эфелита.

Она всем видом давала понять, когда уже этого червя, меня, то есть, приговорят к смерти? Глендрик с мрачным лицом кивнул:

— Пускай с Хальвином разбираются главы Гильдий. А нам надо вынести решение по Гунальфу.