Скотина II

Сейчас не понимаю почему, но чувствую всем телом — я опять узнал что-то важное, и снова ничего не понимаю.

…

Руки продолжили тыкаться в камни, автоматически комбинации перебираю, обидно, но повторяться начал. Надо же эту штуку активировать, значит нужна система.

К месту обитания банды влетели на всех парусах. Сразу вошел внутрь, подгоняем смутным беспокойством. Картина открылась не просто душевная. На столе комнаты, загаженной за сутки, стояла нормальная четверть, заткнутая кочерыжкой. Мутной жидкости в четверти плескалось примерно на четверть.

Вторая бутыль, полностью пустая, валялась на боку.

Особенный колорит вносило не содержимое стола, а контингент, сидящий вокруг. Рядом с Чижиком и Грушем восседал барон Скотинин собственной персоной, можно сказать, живым весом. Точнее не восседал, а был зажат двумя телами. В полной отключке, с глазами, закатанными в неведомые дали.

От моего удара по спине Чижик приподнял лицо с прилипшим винегретом.

— Боря, ик..., тут это. Мне твой папа, ик..., подсказал. Ы-ы-ы, вот такой мужик! Не нормально такому рваному пацану Чижиком погоняться.

Лажа это, не-со-лид-но, вот. Мы че решили — Я теперь Чиж буду, в натуре.

Новоявленный Чиж плавно опустился в круглое блюдо с хлюпающим звуком.

Чтобы сам барон Скотинин с нищими гопниками как скотина нажрался? Это невозможно по единственной причине — такое невозможно в принципе...

Привести родителя в чувство не удалось, храпел в унисон с Грушем, примерно в октаву. Груш падлюка, хоть бы костюм профессора не позорил, одни драные носки из-под стола.

Как за сутки так комнату изгадить можно — вопрос риторический. Папа не реагировал даже на растирание ушей, хотя это обычно помогало хотя бы пару вопросов задать. Судя по пустой таре, пару литров точно принял, чего-то по запаху и крепости напоминающего самогон, настоянный на коровьих лепёшках. Промывание, детоксикацию делать нечем. Самый правильный путь — естественный, проспится и сам расскажет.

Язва работала над картой. Вся стена была изрисована мелками. Штрихами мелкими, от которых рябит в глазах.

Это если вблизи смотреть, от противоположной стены дело совсем другое, открылась подробная карта пяти кварталов. Дороги, крыши домов, трубы. Почти как с качественного спутника снимок с масштабом и всеми прибамбасами.

Девица в неизменном мешковатом тряпье, вместо капюшона на лице платок, как у ковбоев, грабящих поезда. Руки работают с такой скоростью, что за пальцами не уследить.

— Борис, вот, как ты просил, почти закончила.