Скотина II

Это если и Москву взять, и все крупные города. Но бюджетных гораздо меньше, не больше десятка. Их и обучают лучше, и принимают туда не просто с улицы – реальное призванье надо иметь. Вот как у тебя, похоже. Хотя по виду не скажешь.

Дался ему мой вид. С другой стороны у лишнего веса есть свои плюсы. Гораздо старше кажусь, не раз уже удавалось бывать в ситуации, где с сопляками не разговаривают.

— Да я же не знал, что так получится, я как лучше хотел.

— Бюджетные — это гарантированной место в важной имперской структуре.

Это престижно и очень выгодно, причём не только лично. Все бюджетные места распределены заранее. Кланы договариваются.

Я не просто сына готовил, как увидал у него к насилию склонность — сразу главе клана сообщил. Мы, Куницыны, сначала долго думали, а потом за это место воевали четыре месяца. С Новгородскими воевали, с Суздальскими. И деньгами и связями, и мечами потрусить пришлось. На экзамене все рассчитано, каждый реальный кандидат трёх подставных приводит, которые завалиться должны. Для отчётности в канцелярию нужно.

Много лет на таком экзамене никаких происшествий не было. Пока ты не появился. Понимаешь, что получилось, когда ты влез?

— Сначала не особо. Просто птомантом хотелось стать. А теперь доходить начинает. У меня теперь враги появятся.

— Появятся, и еще какие! Зайцевы теперь посмешища на всю столицу. На них весь свет теперь пальцем тычет. Я то зла не держу. Опять же, спасибо, такую змеюку на груди пригрел.

Если трезво глянуть — Стас со своим прицепом первую же проверку стабильности бы провалил.

Для аристократа убить простолюдина не такой и большой грех. Штраф, порицание публично — ай-йа-йай, не далай так больше. Но дети — это другое. За детей любое травоядное в бой бросается. Тут же мужики дежурство круглосуточное организовали. Аристократ или нет, на всех кидаются, ни одна мышь не проскочит. Всех воров переловили безо всяких оберов. Это авторитету власти урон. Угроза бунта, понимаешь? А от бунта один шаг до нарушения устоев.

Повторю ещё раз — я зла не держу, своего главу успокоить смогу.

А вот есть кто обиделись крепко. Вон за нами две кареты, как приклеены. Зла не держу, но и помогать не буду. Мне с Зайцевыми ещё пушниной и кожами торговать. Говори, куда отвезти? Высажу, а дальше сам разбирайся.

Повозка остановилась бок о бок с каретой Собакиных. Сердечно попрощался и перелез в другой экипаж. Только открыл дверь, как сразу натолкнулся на холодные глаза старухи.

— Анна Львовна, добрый вечер.

Старуха была не одна.