Гильдия Предателей

Несмотря на данное себе обещание, Тамэо закричал от резкой боли, пронзившей всё его тело.

Феерия вспышек длилась всего секунду, после чего руны погасли, а молитвы прекратились. Тамэо без сил повалился вниз. В последний момент ему показалось, что в толпе он увидел лицо наставника. Моди улыбался, с наслаждением смотря на страдания бывшего ученика.

— С этого момента вы более не Искатель, — возвестил чиновник. — Нарекаю вас Предателем королевства. Пусть этот «титул» навечно очернит ваш путь и станет предзнаменованием остальным, что закон превыше всего!

Один из экзекуторов поднял с земли заранее приготовленный раскалённый прут.

Двое других служителей схватили Тамэо за руки и разорвали рубаху, оголив плечо. Истязатель без зазрения совести прислонил полыхающее жаром клеймо к коже осуждённого, оставив на нём уродливый символ Предателя.

— На этом считаю, что суд свершился, — высокопарно проговорил чиновник. — Все могут расходиться.

Постепенно площадь и правда начала пустеть. Тамэо бесцеремонно скинули с эшафота на каменную мостовую, словно он был мусором, а не человеком.

Появились рабочие, начавшие разбирать деревянную конструкцию, не обращая на скорчившееся тело никакого внимания. Мир словно в мгновение ока забыл о существовании «Великого мечника Анора».

День близился к вечеру. Постепенно пламя над Башней начало тускнеть. Прохлада и лёгкий ветер коснулся бледной кожи, Тамэо открыл глаза и сделал глубокий вдох.

— Я ещё жив, — произнесли иссохшие и потрескавшиеся губы. — А казалось, что отправлюсь в мир духов.

Тамэо постарался сначала сесть, а после и подняться на ноги. Всё тело болело, в ногах не было сил. Невзирая на то, что на нём не было ран, кроме ожога от клейма, Тамэо чувствовал себя покойником. Лишение магических сил для Искателя было равнозначно потере дыхания.

— Я… я…

Тамэо посмотрел на внешнюю сторону своей ладони. Как бы он не старался, но Круг Искателя не проявлялся.

— Просто человек… привыкни к этому, — сам себе проговорил Тамэо, медленно плетясь к ближайшему проулку, чтобы скрыться от взглядов проходящих мимо зевак и тыкающих в него пальцами детей.

У Тамэо не было чёткого плана, как действовать дальше. Но одна из мыслей вывела его из забвения.

— Миюки, — прошептал Тамэо.

Вспомнив об оставленном в поместье пауке, Тамэо вдруг почувствовал себя лучше. Зверёк мог стать новым другом, ради которого стоило жить. Эта соломинка могла вытащить бывшего Искателя из пучины, не дав ему провалиться в бездну отчаяния.