Враг мой

— Решительно развернулся Сэнко, очень надеясь что ему не стрельнут в спину, и ругая так и не заработавшую противоракетную систему, двинулся обратно.

Он вообще плохо представлял как отреагирует его робот если в него попадет хотя бы парочка ракет. На первый взгляд тот факт что машина бронированная, тем более ещё и укрепленная дополнительно, — успокаивал, но в то же время здоровенные щели между бронеплитами кабины заставляли задуматься.

Радовало одно, такая проблема только у Сугроба, остальные мехи с нормальными, заводскими кабинами, где и бронирование, и шумоизоляция, и герметичность, на хорошем, высокотехнологичном уровне.

Когда вернемся, — подумал он, надо будет обязательно подумать над этим вопросом. Хрен с ней с изоляцией, но таких щелей точно не должно быть... Осталось только вернуться...

И тут, словно в насмешку над ним, ожила рация.

— Воздушные цели! Со стороны порта приближаются воздушные цели! — Заорал Кузьма.

Удостовериться что это не заходящие на посадку корабли хватило одного взгляда, во-первых, — чётко на посёлок, во-вторых, — небольшие, в-третьих, — шли они стандартным атакующим порядком и на очень малой высоте.

Времени на раздумья не было от слова совсем. Прятаться негде. Вокруг чистое поле, добраться до гор он не успевает, поэтому Сэнко принял единственно правильное решение, — так ему показалось в этот момент — встал лицом к приближающейся опасности, и выставив вперед руки робота, приготовился к отражению воздушной атаки.

Позже, когда его спрашивали почему он так поступил, — он не мог внятно ответить.

Ведь против тяжело бронированной штурмовой авиации легко выдерживающей попадания ракет и лазеров, его стрельба не имела никакого смысла. Но как бы там ни было, стволы орудий смотрели вверх, с визгом раскручиваясь перед залпом.

Мгновения, потребовавшиеся для раскрутки стволов, растянулись для Сэнко едва ли не в часы. Он словно в замедленной съемке наблюдал как вороненное железо автопушек раскидывается холодными бликами, а вой электромоторов наполняет окружающее пространство.

Поэтому, а может и по другой причине, появление тройки воздушных целей он заметил загодя, и наведясь на траекторию головного аппарата, сразу же вдавил гашетку.

И когда в небо устремились огненные полосы трассирующих снарядов, он отчетливо понял что атакующие не имеют никакого отношения к штурмовикам; но определить что же это за машины не смог, слишком уж быстро они двигались.