Книга четвертая. Воин в осаде

При наихудшем развитии событий, если народ поднимет мятеж, мне придется воспользоваться Тишиной…

– Я, Эмберхарт Рейко, по велению моего господина и мужа, принимаю заботу о всех этих землях, как о доме, где будет жить и здравствовать наш род! – тем временем рявкнула Рейко, куда сильнее и напористее, чем когда объявляла меня, – А теперь, я желаю видеть всех, кто управляет этим городом! Здесь! В течение часа! Остальным – разойтись!

Наступил самый ответственный момент. Послушаются или нет? Мои карты были на том, что вся эта импровизация, с нависшим огромным дирижаблем, со сбором народа, с короткой дерзкой речью… всё это не сработает.

Здесь слишком много людей, несколько тысяч, а моя жена, несмотря на грозный вид и нестерпимо напряженную ауру, все-таки очень компактная девушка, почти девочка. Причем, самого милого вида. Разумеется, люди это видели, а самые дальние, кого не зацепили эти фокусы, начали озлобленно ворчать. Нехорошая тенденция. Я приготовился накрыть всю область Тишиной – абсолютно негуманно, но у нас нет ни времени, ни иного выхода. Здесь и сейчас будет лишь тирания Иеками, либо террор Эмберхарта.

Однако, у Рейко был козырь в рукаве. Спустившись на несколько ступенек, она повторила то, что сделала в столице, во время «Токийского истребления нечисти». Нет, она не стала в неистовстве долбать по людям молниями (чем «истребление и закончилось, попутно сломав один из инквизиторских дирижаблей-«торов»). Она просто взлетела в воздух с горящими белым пламенем глазами и окутываясь целой сеткой из молний, сплетших вокруг её тела жуткий короткий танец.

А затем рявкнула так, что стоящий рядом со мной Кавагура Джиро схватился за сердце:

– БЫСТРО!

Вот этого уже горожане не выдержали, вспомнив, все как один, об убегающем дома молоке. Быстро и в легкой панике толпа просочилась сквозь широкие ворота комплекса, сбегая по ступеньками и рассасываясь по городу.

– Однако, – протянул Дзюбей, когда мы остались на площади одни. Он помолчал, задумчиво рассматривая солдат и матросов, лихорадочно быстро разгружающих дирижабль от наших вещей, а затем спросил, – Вы уверены, что выбрали правильный тон для… знакомства?

– У них нет иного выбора, ками-сама, – устало произнес севший на ступеньку Кавагура.

Старик, переживший несколько электростатических выбрыков Рейко, чувствовал себя не очень хорошо. С искренней печалью в голосе жрец закончил, – Эти люди в долине… их жизнь уже никогда не станет прежней.