Книга четвертая. Воин в осаде

Он явно не был готов к такому повороту в разговоре, – Я, мои дети… мы готовы учиться! Мы справимся! Нам некуда больше пойти!

– Вы понимаете, что Камикочи будут штурмовать, рано или поздно? – закурил я «эксельсиор», – Понимаете, что я отправлю на стены всех? Включая вашу жену, сыновей… дочерей?

– Позвольте, что?!! – к этому Хуго тоже не был готов.

– Скоро в Японии начнется новый набор в армию, – любезно уведомил я его холодным тоном, – он будет включать женщин наравне с мужчинами. А я, как автор этой идеи, буду обязан подать пример всей империи.

Чтобы остаться за спинами защитников, теперь нужно быть либо бесценным специалистом, либо ребенком.

На это швед оказался решительно не готов. Более того, спустя несколько минут разговора, у меня окончательно образовалась уверенность, что Перрсоны в планах совершенно не имели остаться в Камикочи на годы. Предлагая свои услуги, Хуго желал безопасности для своих, в чем я его прекрасно понимал. Да и приносить мне присягу шведы также не горели желанием.

Работать? Осваивать ну очень актуальное в местных реалиях мастерство за чужой счет? Да. Проливать кровь? Нет.

Моя рекомендация по скорейшему уходу из долины мужчине тоже не пришлась по вкусу. Разумеется, я его не прогонял, а вполне позволял остаться… в брошенном нами доме в Хагонэ, но поделился мыслью, что чем больше времени дать местным жителям на осознание случившихся в их жизни перемен, тем больший шанс будет на то, что кто-то из шведов пострадает.

Пускать чужаков резвиться по захваченной мной территории, где могло храниться много всего ценного и малогабаритного, я не собирался.

На этой довольно сухой и прохладной ноте мои отношения с семейством Перрсонов подошли к своему логичному и удивительно мирному концу. Собравших свои немногочисленные пожитки шведов спустили до лесной тропинки, где над ними взяла шефство Регина, решившая вернуться в центр связи.

Я вздохнул полной грудью, стоя на пороге своего нового временного дома.

Впереди много, очень много дел, но наконец-то у меня за спиной нечто… своё. Не арендованное, не взятое напрокат, не пожалованное кем-то свыше, а полученное как положено – с меча. Теперь-то можно считать себя настоящим феодалом!

У мирно стоящего возле главного входа «Свашбаклера» с печальным лязгом отвалилась рука. Перекосившийся СЭД постоял, немного покачиваясь, а затем решительно завалился на бок, печально лязгнув по дороге.