Скотина

Касаться руками нельзя, проникает через кожу на раз-два. Парой веточек, как китайскими палочками, убрал в консервную банку и унес подальше. Опасно находиться рядом со стеблями, корнями, пыльцой. Чехов описывал, как на Сахалине люди не проснулись, поев порося, съевшего такой клубень. Аконитин — наиболее смертельный из всех существующий алкалоидов. Еще помню, голландский врач Мейер заслужил премию Дарвина, накапав на язык несколько капель, три тысячных грамма для человека уже смертельно.

Из клубней яд лучше всего вытягивать с помощью сахара.

Вырезал в клубнях аккуратные воронки, наполнил сахаром, так из черной редьки домашний сироп от кашля делают. В теплом освещенном месте на пару часов — и готово дело.

С ботаникой худо-бедно закончил, хотя до полного набора еще пары вещей не хватает. В таком парке обязательно должны быть и белладонна или дурман. Вороний глаз тоже попасться должен. Большой парк, осмотрел пока процентов десять, гулять надо больше. Но это я так, с жиру. Более редкие это растения, и так полный «гербарий» собран.

Смотрел в интернете ролик, как наше ФСБ синтетическим ядом предателя Родины отравила. Смотрел и ржал в голос. Мой учитель в любой точке планеты за пару часов из местных растений такую бодягу приготовить может, что не только противоядия не найти, но еще и обнаружить не получится. Я уроки хорошо усваивал, высший пилотаж — это двухкомпонентные составы, когда каждый в отдельности безвреден, и со своим способом доставки. Теория в голове есть, но нужно время и ресурсы.

По уму все собранное хозяйство лабораторно обрабатывать надо, реактивами концентрировать.

Опять же у каждого растения свои сроки настаивания и свои секреты. Рицин вообще нагревать нельзя, а из бледной поганки, наоборот, лучше выварить. Токсин бедной поганки не разлагается ни кипячением, ни жаркой, хоть неделю вари. Пока из химической лаборатории есть грязный чулан и сортир засраный, но это последнее дело — криминал в жилье тащить. Еще моя полянка, но это тем более спортивный уголок, нельзя гадить. Придется по кустам с оглядкой во все стороны.

Лекарь у меня на крючке в принципе, но его в серьезные дела привлекать нельзя. Во первый трусливый как заяц, кто бы ни надавил — сразу сдаст с потрохами. Во-вторых, глуп как пробка. Как с таким багажом у Скотининых оказался не удивительно, странно что вообще отучиться на престижную профессию смог. Обойдемся тем, что Вечный ученик послал.

Задержался у бокового входа на кухню, где слуги сновали туда-сюда, как пчелы в улье.